Сильный удар по голове опрокинул меня в беспамятство. Когда я очнулся, они дрались за съестные припасы из моего рюкзака. Восемь заступников, только не это, взмолился я про себя. Жуткие и уродливые Пустошники, проникли в наши катакомбы и поймали меня в нехитрую ловушку. Их дети, иногда не сразу становились уродами и мутантами и зачастую служили приманками для таких кретинов как я. Сейчас я вспомнил, что Наставник когда-то всем своим ученикам рассказывал о Пустошниках и их ловушках. И я попался, как дурак.
Ругая себя последними словами, я, тем не менее, не переставал осматриваться и пытаться освободиться. Я всё ещё лежал на полу фильтрационной камеры. Ноги мои по-прежнему были спутаны, но теперь и руки были стянуты за спиной. Картина событий вырисовывалась у меня в голове. Нарушив негласные границы между подземными Общинами и Пустошами, эти твари проникли в наш дом и начали устраивать беспредел. Сейчас я припоминал, что Егорыч, говорил что-то о начавших пропадать иногда искателях, но тогда я не придал этим словам значения, искатели действительно периодически пропадают, риск есть всегда.
Теперь же слова Егорыча лучше увязались у меня в общую картину происходящего.
Беспокойство Наставника, слова Егорыча и теперь вот это случилось прямо со мной. Итак, приманив меня на ребёнка, они по-быстрому вырубили меня, спутали руки и стали потрошить мой мешок. Внимательно осмотрев себя, я понял, что и по карманам они прошлись. Ножа точно больше не было в боковом кармане штанов. ПК тоже сняли с головы. Рыча и огрызаясь друг на друга, они всё-таки поделили найденную ими в моём рюкзаке еду и начали жадно запихивать её в свои пасти.
– Ну и уроды, – думал я, разглядывая этот сброд. Всего по прошествии полувека Пустошники растеряли человеческий облик. Странная, очень быстрая и достаточно однотипная мутация поразила их всех.
– Верное замечание, – проговорила вдруг Нова. Я обдумаю это на досуге. Нужно собрать больше данных. Также хорошо бы получить образцы их крови.
– Нова, о чём ты? Что делать будем?
– Я пока не вижу, как мы можем освободиться. Надо ждать.
– Угу, ждать. Сейчас они батончики догрызут и потом меня начнут рвать на куски.
– Обязательно начнут, – подтвердила вредная нейросеть. – Но скорее всего сначала оттащат тебя куда-нибудь, где посуше и почище.
Закончив разговор с Новой, я продолжил разглядывать этих тварей. Вы когда-нибудь видели ящериц? Так вот, больше всего они напоминали сейчас огромных закутанных в рваньё ящериц, которые встали на задние лапы. Их лица, конечно ещё не совсем были как у этих хладнокровных, но общие черты уже прорисовывались. Лысые головы, зеленовато-желтая кожа стала напоминать крупную чешую, плоские носы и жуткие рты, которые всё больше напоминали пасти. Видимая часть рук так же, как я видел, претерпела изменения. Кисти всё больше походили на когтистые лапы.
Шевелиться же я вовсе перестал. Теперь, когда они перестали драться между собой, они могли заметить мои попытки освободиться. Тонкий, но злобный крик раздался у них из-за спин. Обернувшись, все как один они как-то с опаской сделали полшага назад и стали отламывать части добытой ими еды и бросать её в темноту, откуда и исходил тот злобный вопль. Из темноты зачавкало.
– Брррр, – меня передёрнуло и замутило.
Нова, как и всегда оказалась права. Новый крик и какое-то то ли потрескивание, то ли шипящее пощелкивание раздалось из темноты и повинуясь этим звукам четыре Пустошника схватили меня за одежду и понесли вслед за остальной группой.
– Любопытно, – снова подала голос Нова. – Слышал эти звуки?
– Угу, – коротко ответил я, стараясь незаметно оглядываться вокруг.
– Это, между прочим, похоже на их язык, примитивный, но язык.
– Нова, твою мать, – не выдержал я. – Мне вообще посрать язык это или не язык, что с Микки?
– Ффф, – ответила на мою реплику Нова, – грубиян. С Микки всё в порядке, он воспользовался своим новым токсином и уничтожил одного Пустошника в самом начале схватки и теперь следует за нами, метрах в двадцати.
– Ого, здорово. Может он и остальных загрызёт? – Спросил я у Новы.
– Угу, через месяц всех перегрызёт, но тебе это уже не поможет, они нас первыми сожрут. Смертельная доза токсина на противника весом около ста килограмм, полностью обнуляет запасы Микки. Сутки на восстановление. Естественно более мелких тварей, он может смертельно покусать в большем количестве. Сами справимся, ты, кстати, колыбельные знаешь?
– Нова, мля, опять ты прикалываешься. Какие на хрен колыбельные?
Я чувствовал, что нервы мои сдают. Почти сутки без сна, потом это всё ещё. Несмотря на свою уродливость Пустошники нёсшие меня, были сильны и выносливы. Прошло минут двадцать, когда откуда-то спереди раздались новые команды и вскоре мы оказались в большом и сухом бетонном колодце. Когда меня бросили в угол я огляделся.
– Гнездо их тут что ли, – подумал я, глядя на кучу тряпья и всякой всячины лежащей здесь на полу.
Удивительно тёплый воздух шёл откуда-то сверху. Подняв голову, я увидел лестницу, идущую вниз с самого верха по одной из четырёх стен. Три канализационных коллектора выходили в этот колодец. Мы пришли по среднему. Стараясь запомнить как можно больше деталей, я крутил головой на все триста шестьдесят градусов. Вдруг стало тихо.
– Криз, внимание. – Предупредила Нова.
Я постарался стать как можно более незаметным и жалким. Что кстати не было слишком то и сложно. Ко мне шла Пустошница. Как я это понял? Ну, по лицу наверно. Что-то женское в нём всё ещё оставалось.
«Крупная какая», – подумалось мне, и я ещё сильнее вжал голову в плечи.
– Мясо, – обратилась она ко мне, – завтра мы сожрём тебя, что бы наши дети стали сильнее. Молись своим Восьмерым, если веришь в них. Сказав это, она развернулась и ушла к соплеменникам.
– Жутко, – признался я Нове.