Разлив жидкость по металлическим кружкам, мужчины негромко чокнулись и выпили. Отношение к Александру заметно изменилось. Слива, как старый приятель, весело о чём-то болтая, подливал в кружки водку и нарезал колбасу неизвестно откуда появившимся ножом. Александр быстро пьянел и уже не чувствовал давления камеры. Закурив, он наклонился к Семёнычу и снова задал вопрос:
– Как вы собираетесь меня отсюда вытаскивать?
Смотрящий за хатой, с загадочным видом, словно он фокусник, заговорщицки подмигнул и сказал:
– Смотри. – Он достал трубку мобильника, набрал номер и произнес:
– Привет. По нашей теме всё ровно. Заряжай лоера, пусть копытит, – выключив трубку, он спрятал её и, обращаясь к Александру, спокойно пояснил:
– Вот и усё. Процесс запущен. Теперь слушай меня внимательно. В твоем деле куча дыр. Менты тебя по-твоему же звонку приняли. Правильно?
– Правильно.
– Ты был пьян. Так?
– Так.
– Спьяну мы всё что угодно наболтать можем. Верно?
– Верно.
– А менты на радостях тебя арестовали со всевозможными нарушениями.
– Как это?
– Да вот так. Жмурика на набережной нашли? Верно?
– Верно.
– А тебя дома повязали?
– Ага.
– Нож где?
– Выбросил в воду.
– У ментов его нет?
– Нет.
– Ты в этой одежде и обуви тогда был?
– Да.
– У тебя её не изъяли. Сейчас снимай свои чёботы и шмотьё, вон те говнодавы надень и спортивный костюм мой старый. А про своё шмотьё забудь!
– Ну и?
– Вот тебе и ну! Менты думают, что ты сладкий для них, и не парятся особо, считая, что ты в сознанке.
– Но ведь я уже всё написал им, как было?
– Туфта всё это. С похмелюги человек ещё и не такое подписать может. Вот ты и будешь давить на это. Сейчас типа отрезвел окончательно, мыслями собрался и понял, что ты не при делах. Что не твоя это непонятка. Что пусть настоящего мокрушника ищут. А наш адвокат эту канитель мигом оформит так, как надо. Ты, главное, теперь отказывайся от всего, что писал. Втирай им, что ты типа по пьяни белку словил. Мол, отошёл куда-то отлить, вернулся, а корефана твоего кто-то порешил за это время. Ты себя винить в его смерти стал. Типа, бросил его одного. Поэтому и оговорил себя. А протокол следак левый состряпал. Понял?
– Понял.
– Свидетелей нет, улик нет, орудия преступления нет. Вот пусть твой следак теперь и топает в отсосенский переулок. Ничего ему здесь не светит. А если пугать начнёт, включай дурака и пургу гони про свою Чечню. Вы ведь все там контуженые. Всё запомнил?