В третий раз уходит и приносит дугу матерую – толстую. Диву дался парень – не знает, откуда леший так скоро все добывает. Запрягли сивка, парень отдает свою лошаденку лешему, тот взял лошаденку за хвост да как брякнет о деревину, и пар вон, и жить не будет. Стал леший прощаться с парнем и наказывает:
– Ежели какое на тебя опять несчастье выйдет, помяни только меня – помогу.
И поехал наш парень догонять товарищей, догнал живо. Те дивятся:
– Где ты этого коня добыл, – спрашивают.
– А выменял, – говорит парень.
Приехали в Москву, сдали кладь, нашли опять и с Москвы клади везти домой. Подъехали к магазину наваливать товар. Купец – хозяин-то магазина и признал у парня сивка-то:
– Мой, – говорит, – сивко, где ты его взял?
И стал у парня отбирать лошадь.
– Приведу, – говорит, – в свидетели купцов и господ, все скажут, что сивко мой, подтвердят, значит.
Видит парень, дело плохо. «Где-то мой приятель», – помянул парень лешего, а он тут как тут. Подошел да и говорит купцу:
– Верно, – говорит, – твой сивко, да от кого ты его отбираешь-то? Ведь от своего зятя.
– Как мой зять? Что ты врешь?
– Была, – говорит, – у тебя дочка, да потерялась?
– Была, верно.
– Ну дак вот этот самый молодец нашел ее в лесу, привез домой да и поженился на ней. Дочка-то твоя жила у моего брата, а этот молодец выстрелил брату в глаз, да я и то на него не сержусь. За его доброту предоставил ему твоего сивка, а ты отсулил его мне назад? Тому еще три года, да он мне не нужен был, потому доставить его было некому, приятеля такого не было, а самому мне не надо.
Купец этому не уверяется.
– Угодно ли, я вам докажу, – говорит леший.
– Пожалуйста, докажи. Тогда поверю.
Леший скрылся и часа через три приводит купеческую дочь, а парня жену.
– Твоя ли, господин, дочь?
Кривая ведьма
Жил-был мужик. Семьи у него не было. Задумал он жениться. Женился, да жена-то попала ему кривая и ленивая. Заставляет он ее работать, а она ни с места и знать мужа не хочет. Ни обеда ему не состряпает, ни одежды ему не сделает, а так, живет даром. Раз как-то и говорит мужик:
– Ты бы, жена, хоть пряла.
– Ладно, – отвечает жена, – стану прясть; только сходи в лес да изготовь мне мотовило[54].
Обрадовался мужик, что жена работать захотела, живо пошел в лес. Только жена – откуда и прыть у нее тут взялась – опередила мужика, обежала его другой дорогой и притаилась за деревом. Мужик пришел в лес, выбрал лесину и стал ее рубить, да едва успел раза два по дереву ударить, как жена его жалобным таким голосом заплакала:
– Чули-вли, чули-вли, чули-вли мои, не секи, мужик, мотовило – жена умрет.
Услыхал мужик плач и задумался: «Это, видно, какая-то птица поет; нет, не стану делать мотовило; жена у меня стала бойкая – за работу хочет приняться; жаль будет, если помрет». Мужик бросил работу и пошел домой ни с чем. А жена давно его опередила, идет из дома к мужику навстречу и спрашивает:
– Что, хозяин, сделал мотовило?
– Хотел, хозяйка, сделать, да какая-то птица сказала, что помрешь, если я его сделаю, а мне тебя жаль.
– Ох, хозяин, не слушай ее, а завтра поди и сделай.
[54] Мотовило – мотальное орудие, палка, на которую наматывается пряжа, шелк.