Нелли кивнула, всё ещё немного растерянно, но уже с искрой решимости в глазах.
— Я постараюсь… Нет. Я сделаю всё, что смогу.
София улыбнулась — впервые за вечер по-настоящему тепло.
Когда обсуждение снова завязалось, Марк откашлялся и поднялся со своего места. Его голос был твёрдым, спокойным, но за ним ощущалась тревога:
— Я останусь здесь. Этот остров — наша крепость, и мы должны подумать о его защите всерьёз. Нужны наблюдательные вышки, регулярные обходы, сигнальные системы. Ожившие теперь не главная угроза. Мы должны бояться живых… если появится кто-то вроде Коменданта — с оружием, с голодными людьми, с амбициями занять наш лагерь… Мы должны быть готовы к этому.
Он оглядел собравшихся. Те, кто помнил Коменданта, кивнули с каменными лицами. Тишину нарушил голос Вэла — спокойный, чуть усталый, но уверенный:
— Я тоже нужен здесь. Я знаю эти места, могу ориентироваться, читать следы. Мы с ребятами уже обследовали один соседний остров. Там безопасно. Топлива здесь хватит надолго. В ангарах нашли бочки, целые ряды. Если стая оживших отойдёт от Сиакоста, мы сможем плавать туда-сюда.
Он на секунду задержал взгляд на Марте и добавил с озорной улыбкой:
— Нам, между прочим, срочно нужны банки для закруток.
Марта всплеснула руками и фыркнула, а в комнате раздался смех — тёплый, живой, будто напоминание, что они всё ещё люди.
— Правда, — пробормотала она сквозь улыбку. — Фрукты поспевают, а банок — кот наплакал.
Рэй, сидевший до этого в тени, выпрямился и заговорил с жаром:
— Я поеду с вами. Хочу сам увидеть это место, этот… Элион. Если он действительно такой, каким вы его описываете — это шанс. Я хочу быть частью этого.
Ливия посмотрела на всех собравшихся, лицо её было сосредоточенным, но в глазах мелькала надежда.
— И главное… — начала она, — теперь мы сможем общаться. Я добавила в список доступа тебя, Оскар… и тебя, Мия… София, ты тоже там. У нас будет стабильная связь между островом и комплексом.
Оскар удивлённо вскинул брови:
— Подожди. А почему раньше, когда ты пыталась выйти на связь, была полная тишина?
Ливия на секунду замолчала, словно вспомнив ту гнетущую пустоту, которая царила в лаборатории в первые дни:
— Я тогда тоже была в списке… Но дело не в этом. Просто там… не было никого живого, кто мог бы ответить. Один спал в анабиозе, другие — блуждали по апартаментам, как привидения.
Повисла тишина. Кто-то тяжело вздохнул. Мия сжала руку Софии, сидящей рядом.
Эд нарушил молчание, голос у него был ровный, деловой:
— В джипе, который мы оставили у побережья, есть рации. Военные модели. Нужно забрать, пригодятся вам для связи на острове.
Оскар оживился:
— Ого, рации? Это серьёзно. А наш инженер, тот, что открыл лабораторию — уже осмотрел радиовышку. Сказал, ничего подобного раньше не видел. Говорит, оборудование на десятилетия вперёд.
Ливия усмехнулась, но в голосе её чувствовалась горечь:
— Совет не жалел ничего для своих извращённых планов. Всё — самое лучшее. Передовые технологии, связь, медоборудование, даже климатические купола… Всё ради того, чтобы жить в раю, пока остальной мир тонет в хаосе.
— А теперь это может стать нашим шансом, — тихо сказала София.
— Если мы не повторим их ошибок, — добавила Ливия и сжала губы.
В комнате вновь воцарилась тишина — на этот раз не от страха, а от осознания того, какая ответственность теперь лежит на них.
— Тогда так. На берегу мы бросили автобус — здоровый, вместительный. — сказал Оскар. — Вы можете поехать на нём, всей группой. Он на ходу. Мест хватит.