— И ты парней увёл?
— Увёл. Чтобы не усугублять. Там неплохие люди живут.
Зеон помолчал. Потом посмотрел на Сойку.
— Неплохие говоришь? И это те же деревенские Змея убили?
Сойка кивнул:
— Самсоновские рассказали. В той же деревне, вчера или позавчера.
Волох видел, как в зрачках Зеона мелькнул холодный голубой отблеск.
Волох знал чуть больше простых охотников: Змей попал в отряд Самсона не случайно. Зеон сам отправил его туда, чтобы Змей постепенно перехватил управление отрядом, а потом привёл людей Самсона под руку Зеона. Добровольно и бескровно.
Со смертью Змея план Зеона рухнул. И кажется, лидер охотников выбрал, на ком выместить злость.
— Собираемся, — сказал Зеон. — Выдвигаемся немедленно.
Костёр догорал, выбрасывая в ночное небо редкие искры. Самсон сидел на поваленном бревне, подперев подбородок кулаком, и смотрел в огонь.
Лагерь охотников располагался на широкой поляне у излучины реки, в половине дня пути от злополучной деревни.
И вроде обычный вечер, привычный лагерь, но Самсон не чувствовал покоя.
В голове бродили тяжёлые мысли.
Виктор, тавернщик, всегда был крепким орешком, да и его старые боевые товарищи, Сыч и Коготь, тоже воины бравые. Самсон, может, с ними и не дружил, но имел уважение к этим воинам и их былым заслугам.
Да, получилась стычка, но Шнырь со Змеем сами были виноваты. Всё было решаемо. Виктор ведь не дурак, прекрасно всё понимал. Он по заслугам проучил горе охотников и прекрасно понимал, что Самсон не может не прийти. Виктор вернул бы мечи, поговорили бы, и всё бы разрешилось. Без кровопролития и смертоубийства. Всё же охотники сражаются с тварями, а не с деревенскими.
Но Змей снова всё испортил. Сначала он стал взвинчивать всех словами о мести тавернщику. А потом устроил не пойми что в таверне.
Самсон стиснул зубы, вспоминая, как лысый громила полез к жене Виктора. Конечно, сын заступился за неё. Хорошо еще, что Виктор этого не видел. Может, смертью Змея и Шныря бы и не обошлось.
А потом Змей и вовсе стал всё вокруг поджигать.
Идиот!
Но больше всего Самсон злился на себя.
Он мог остановить Змея. Один окрик главы отряда — и всё обошлось бы. Но он промолчал.
Потому что знал: Змей не послушается.
Хуже того, Змей давно искал повод, чтобы занять место Самсона. И это был для него прекрасный случай.
И тогда, на глазах у всего отряда, Самсону пришлось бы драться с собственным бойцом, доказывая авторитет силой, либо отступить. Самсон в прошлом был сильным воином, но Змей был моложе и сильнее. Да ещё и владел огненной стихией третьего ранга. В прямом столкновении шансы Самсона были паршивыми. А отступить перед Змеем значило признать его превосходство над вожаком.
Поэтому старый воин выбрал третий вариант и просто промолчал. Сохранял маску безразличия, смотрел, как Змей поджигает чужой дом. Самсон убеждал себя, что это справедливо, это возмездие за нападение на его людей. Но в глубине души понимал, что всё происходит из-за его собственного малодушия.
И неожиданно его тактика невмешательства обернулась удачей.
Строптивый, непрогибаемый и наглый Змей, подох в том пожаре.
Когда Самсон узнал об этом, его первым чувством было облегчение. Будто кто-то снял с его плеч камень, который он таскал последние полгода, с тех самых пор, как Змей пришёл в их отряд и начал расшатывать власть Самсона.
Выгнать такого сильного бойца Самсон не мог, в отряде сразу пошли бы кривотолки. Так что он, следуя старой мудрости, держал врага ближе, чем друга, наблюдая за выходками Змея. А тот постоянно ходил по грани между званием доброго охотника и безжалостного мародёра.