Аргус не отставал — его зубы слегка прикусили сосок, заставляя меня дернуться, и тут же горячий язык успокоил место укуса.
— Тише, тише, моя госпожа, — прошептал он, поднимая на меня глаза, в которых плясали золотистые искры. — Мы только начали.
Мерис тем временем развел мои ноги шире, и его язык скользнул внутрь, в самую глубину, заставляя меня вскрикнуть в губы Теуруса. Он двигался во мне ритмично, глубоко, словно готовил место для чего-то большего, чередуя, то язык, то пальцы.
— Мерис… — выдохнула я, когда Теурус наконец отпустил мои губы. — Пожалуйста…
— Что, моя королева? — его голос вибрировал прямо на моей плоти. — Скажи, чего ты хочешь.
— Тебя… всех вас… — слова давались с трудом, потому что Аргус теперь переключился на вторую грудь, а Теурус прокладывал дорожку из поцелуев вниз по моему животу.
— Умница, — одобрительно рыкнул Теурус, и в его голосе появилось то самое тепло, которое я слышала сегодня впервые. — Аргус, займись ею сверху.
Они двигались как слаженный механизм, словно делали это тысячи раз. Аргус тут же оказался напротив моего лица, и я поняла, чего он ждет. Обхватив губами головку его члена, я почувствовала солоноватый вкус возбуждения и тихий стон мужчины сверху.
— Черт, Лера, — выдохнул он, запуская пальцы в мои волосы.
Теурус тем временем занялся моими сосками. То покусывая их до легкой боли, то нежно посасывая. А Мерис продолжал ласкать внизу — то языком, то пальцами явно готовя к чему-то большему. А иногда просто целовал внутреннюю сторону бедер, поднимаясь все выше, при этом медленно вводил в обе мои дырочки палец за пальцем, находя тот самый угол, от которого перед глазами вспыхивали звезды.
— Ты такая узкая, — прохрипел он. — Как мы все в тебе поместимся?
Вопрос прозвучал как вызов, и от предвкушения низ живота свело сладкой судорогой. Я застонала вокруг члена Аргуса, и он дернулся, сжимая мои волосы сильнее.
— Если ты продолжишь так делать, я кончу раньше времени, — прошипел он, но не отстранился.
Мерис поднялся выше и теперь терся своим членом о мою влажную плоть, дразня, заставляя мысленно умолять. Теурус встал на колени, глядя на меня сверху вниз.
— Смотри на меня, — приказал он.
Я послушалась, встречая его темный, почти черный взгляд. И в этот момент Мерис вошел в меня одним плавным движением, и я закричала — от полноты, от того, как идеально он заполнил меня. Аргус тут же углубился в мой рот, начав двигаться чуть быстрее.
Мы двигались в каком-то безумном ритме, подчиняясь древнему зову крови. Мерис вбивался в меня снизу, Аргус трахал мой рот, а Теурус… Теурус просто смотрел, наблюдая за тем, как его братья берут меня, и в его глазах горело что-то первобытное, собственническое.
— Теурус, — позвала я, когда Аргус дал мне немного времени передохнуть, а Мерис нашел ту точку внутри, от которой мир начинал рушиться. — Пожалуйста, я хочу тебя…
— Ты получишь меня, — пообещал он, и в его голосе слышался лед и пламя одновременно. — Мы все будем в тебе сегодня. Ты примешь нас троих, и печать на твоей руке засияет навсегда.
Я кончила от одних его слов, от того, как Мерис зарычал, чувствуя мои спазмы, и как Аргус выругался, изливаясь мне на грудь. Но мужчины даже не думали останавливаться.
Мерис лег на спину, а меня словно пушинку, поднял и посадил сверху, прижимая к своей груди, и начал вновь двигаться — глубже, жестче, именно так, как хотело мое тело. Аргус лег рядом, заставляя меня повернуть голову и взять его член в рот снова, быстро твердеющий после разрядки. А Теурус наконец опустился сзади, и я почувствовала давление его головки у входа, там, где Мерис уже двигался во мне.
— Расслабься, — прошептал он, целуя мой позвоночник. — Мы сделаем это медленно.
Но медленно не получилось. Как только Теурус начал входить, растягивая меня до предела, Мерис замер, давая брату место. Ощущение наполненности было таким острым, таким невыносимо сладким, что я захлебнулась бы криком, если бы не член Агруса.
— Твою мать, — выдохнул Теурус, когда они оба оказались во мне. — Какая же ты тесная… горячая…
Они двигались сначала медленно, приноравливаясь друг к другу, а потом нашли ритм — один входил, другой выходил, и это трение их членов друг о друга через тонкую перегородку моей плоти сводило с ума всех троих.
Аргус кончил снова, прямо мне в рот, и откинулся на спину, тяжело дыша, но его пальцы тут же нашли мой клитор, массируя в такт движениям братьев.
Я потеряла счет времени. Были только тела, жар, запах пота и секса, и низкие рычания мужчин, которые звучали как самая сладкая музыка. Когда они кончили почти одновременно, заливая меня своим семенем, я уже не помнила своего имени. Только звезды перед глазами и печать на руке, которая пульсировала в такт сердцу.
Теурус рухнул рядом, прижимая меня к себе. Мерис обнял со спины, уткнувшись носом в затылок. Аргус пристроился сбоку, положив голову мне на грудь.
Мы лежали, сплетенные в единый клубок, и я чувствовала их дыхание, их пульс, их души.
— Я люблю вас, — прошептала я в тишину, и печать на руке вспыхнула мягким светом.