— Спасибо. Тогда найдём мою родственную душу, хорошо? — спросил он, кивая провидице в благодарность.
Каталина кивнула в ответ, затем села ровно на стуле, вытянула руки и подняла ладони к потолку.
— Теперь тишина, — приказала им Медея, пока он и Армарос обменялись быстрым взглядом, прежде чем оба уставились на Каталину. Её глаза и метка на лбу начали сиять ослепительно-белым.
Волоски на руках Маалика встали дыбом, когда комната наполнилась магией. Он крепко вцепился в подлокотники кресла, пока каждый инстинкт в его теле велел ему бежать. Он заворожённо смотрел, как Каталина нахмурилась.
— Холодно… так холодно, — прошептала провидица, и дыхание перед её губами стало белым, словно она замерзала. — Она погрузилась в беспомощность… Она не одна… Она… в камере, окружённой камнем и прутьями.
Сердце Маалика рухнуло. В плену.
Он обещал, она будет в безопасности, обещал, что никто не заберёт её у него.
Я подвёл её.
Голова Каталины склонилась набок.
— Напротив неё в камере ангел с рыжими волосами.
— Ариэль, — одновременно прошептали Маалик и Армарос.
Медея бросила на них предупреждающий взгляд, прежде чем снова повернуться к Каталине.
— Богиня… — прошипела та, и лицо её вытянулось.
Медея встревоженно выпрямилась.
— Я вижу её глазами, Медея. Ина, Элиза, Ана, Ливия и Дана. Они все были там, все в камерах вокруг неё.
— Что значит «были»? — рявкнула Медея, нарушая собственное правило тишины, и паника прокатилась по лицу королевы.
— Забраны… Кто-то забрал их, и я не могу их увидеть. Они скрыты от меня. Вампир… — сияющие глаза Каталины расширились. — Вампир, владеющий Адским Пламенем, забрал их, — прошептала она, а затем рухнула вперёд, поймав себя руками за стол, и исходящее от неё сияние потускнело, прежде чем исчезнуть совсем.
Она тяжело дышала, глядя на Медею.
— Они в Сибири, в древнем замке, окружённом вампирами. Там же, где его пара, — сказала она, указывая на Маалика.
Глаза Медеи на секунду загорелись белой магией, прежде чем она пригвоздила Маалика и Армароса смертоносным взглядом.
— Какого хрена твой обращённый выродок держит моих ведьм?
Паника ударила по Маалику, когда он быстро метнул взгляд на Армароса. Лицо тёмного ангела было напряжённым, пока тот смотрел на королеву.
Маалик снова повернулся к ней и пожал плечами.
— Не знаю. Он больше не связан со мной. Уже две тысячи лет. Ты знаешь это, Медея. Тогда я пришёл к тебе за помощью, когда умерла Илина.
Он помнил, как она отвергла его, когда он умолял её как-нибудь вернуть Илину. Медея сказала, что это против их законов, что они не вмешиваются в тёмную магию.
— Это должен быть Архидемон, — вмешался Армарос. — Ему, скорее всего, зачем-то нужна их сила.
Маалик выпрямился, глаза расширились, когда Армарос пришёл к тому же выводу, что и он.
— Печать, — прошептал Армарос.
— Что? — потребовала Медея.
— Мы не знаем, как открыть печати, но демон знает. У него есть книга. В ней подробно описано, как открыть каждую. Ему, должно быть, нужны ведьмы, чтобы открыть её, — сказал Армарос, и на его обычно спокойном лице мелькнула тревога.