Маалик: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

А̀ну схватил Ину за горло. Её крик оборвался, и та безвольно рухнула на пол своей камеры.

Ава отступила, руки метнулись ко рту, слёзы хлынули из глаз, пока она смотрела на Ину, лежащую без сознания на земле, с обугленным, окровавленным, искорёженным месивом вместо горла.

Адское Пламя.

А̀ну, рука которого всё ещё пылала, склонил голову в сторону Авы, и на его лице появилась жестокая улыбка.

— Я немного повеселюсь с этой маленькой ведьмочкой, но не переживай, за тобой я вернусь следующей, — сказал он, наклоняясь, хватая ведьму за запястье и волоком вытаскивая её обмякшее тело из камеры обратно по коридору, а два вампира последовали за ним.

Злые крики ведьм заполнили пространство, пока Ава продолжала смотреть на пустую камеру. Ава чувствовала запах крови ведьмы на грязной земле и тошнотворную вонь обожжённой плоти. Как она должна была сражаться с ним, если у него было Адское Пламя? Она никак не переживёт его. Оно свалило Маалика. Одно касание — и с ней будет покончено.

Девушка отступила от прутьев камеры, в ушах звенело, заглушая крики ведьм, заглушая голос Ариэль, которая звала Аву, просила посмотреть на неё, поговорить с ней. Но она больше их не слышала, всё отступая, прижимая руки к ушам, пока спина наконец не упёрлась в стену. И всё равно она не слышала, как Ариэль зовёт её, пока медленно сползала по неровному камню и не осела на пол, свернувшись на боку и крепко подтянув колени к груди.

Это было безнадёжно. Не было смысла пытаться с ним сражаться. Она не сможет победить. Закрыв глаза, Ава молча заплакала, и воспоминания об А̀ну и других вампирах начали просачиваться внутрь. Но затем мелькнул глубокий изумрудно-зелёный, и её разум вцепился в него изо всех сил. Образ Маалика прогнал кошмары. Воспоминания о том, как он смотрел на неё, как его глаза становились её якорем, заставляли чувствовать себя в безопасности. Как он всегда касался её лица — так нежно и с такой заботой. Тепло его тела рядом с её. Низкий рокот его голоса, от которого каждый сантиметр её тела и души дрожал самым прекрасным образом. Боль в сердце, когда она была рядом с ним, потому что теперь Ава знала без сомнений: она любила его.

И вот девушка лежала там, крепко свернувшись, спрятавшись в самом безопасном месте своего разума, куда А̀ну не мог дотянуться. Где А̀ну не мог её найти. И она ускользнула в воспоминание о Маалике, который крепко держал её в своих объятиях, надёжно и безопасно, отгораживая от всего мира.

Маалик и Армарос появились перед чёрными железными воротами. В центре красовался прекрасный, выкованный из железа символ трёх лун, обозначавший дом ведьмы и их верность своей богине, Гекате. Взгляд Маалика скользнул по древним, возвышающимся воротам. Прошло почти две тысячи лет с тех пор, как он стоял перед ними. Тогда мир был совсем другим.

Он взглянул на Армароса. Гигантский ангел был напряжён, его фиолетовые глаза сузились, глядя на ворота. Взгляд Маалика опустился к обсидиановому камню, висевшему у него на шее, и он увидел, как тот слабо засветился фиолетовым, прежде чем снова потемнеть до чёрного. Маалик нахмурился, глядя на него, а потом резко поднял глаза и обнаружил, что Армарос уже смотрит на него, одновременно убирая ожерелье под чёрную рубашку.

— Иногда он так делает в присутствии великой силы, — просто сказал Армарос, когда ворота открылись.

Тело Маалика гудело от нетерпения. Авы не было уже больше двенадцати часов, и ему стоило всей силы воли не сорваться окончательно и не устроить по этому поводу грандиозную вампирскую истерику.

— Что ж, сейчас или никогда. Готов? — спросил Маалик Армароса, зная, насколько тому сейчас будет не по себе.

Войти в дом того, кто пару тысяч лет пытался тебя убить, кого угодно заставило бы нервничать.

Армарос кивнул, и Маалик коснулся его плеча, перенося их к парадным дверям особняка. Маалик провёл взглядом по глубоким махагоновым дверям, дерево которых было покрыто сложными, но прекрасными символами и узорами. Большая арка, увитая цветущими лозами, обрамляла входные двери, а подвесные фонари по обе стороны освещали вход. Через мгновение дверь открылась.

Взгляд Маалика остановился на чарующей женщине. Длинные, тонкие, чисто-белые дреды, украшенные бусинами и кристаллами, каскадом спадали на её хрупкие плечи и вниз по спине, чуть ниже талии. Глубокая индиговая татуировка отмечала центр её лба, над глазами: полная луна и отражённые по обе стороны от неё полумесяцы. Её глаза, такие бледные, словно голубой лёд, пронзили его до самой души, когда она пригвоздила его к месту одним из самых пристальных взглядов, которые он когда-либо получал.

— Здравствуй, Маалик. Я ждала тебя уже очень давно, — сказала она призрачным голосом.

Он потерял дар речи.

Он никогда прежде её не встречал, так что понятия не имел, кто она такая, но сила, исходившая от неё, густо наполняла воздух вокруг него.

— Прости, — сказала она с лёгкой улыбкой. — Я Каталина. Я так давно наблюдаю за тобой, что иногда забываю, что мы на самом деле не знакомы.

Маалик нахмурился, а потом понял, что она, должно быть, и есть провидица. Затем он увидел, как ведьма перевела взгляд на Армароса, который стоял рядом с ним неподвижно, словно статуя.

Её глаза остановились на тёмном ангеле, расширились и на мгновение словно остекленели. Ведьма глубоко вдохнула, её лицо исказилось чистым горем, а глаза наполнились слезами, прежде чем взгляд будто прояснился, и она выдохнула дрожащим вдохом, стирая несколько слезинок, успевших скатиться по щекам.

Она слегка склонила голову набок, продолжая смотреть на Армароса.

Какого хрена?

Маалик не понимал, что увидела провидица, но, судя по её реакции, ничего хорошего.

— Я не имела отношения к тому ужасу. Ни к одной его части. И я не знала. До этого момента ты всегда был скрыт от моего дара. Мне так жаль, — печально сказала она ему.

Маалик смотрел, как Армарос — всегда такой скрытный, но при этом всегда спокойный, как камень, — вдруг на короткое мгновение оказался захлёстнут болью. Его лицо обмякло, фиолетовые глаза заблестели, а потом так же быстро маска равнодушия вернулась на место, и Маалик остался ошеломлён всем, что только что произошло между ними.

Армарос никогда не рассказывал, что положило начало его личной войне с ведьмами, его бесконечной охоте на ведьм, растянувшейся на сотни лет, но после того, чему он только что стал свидетелем, Маалик понял: ведьмы сделали с его братом нечто непростительное. Что бы это ни был за ужас, Маалик не думал, что Армарос в ближайшее время расскажет кому-то из них.