Так зачем выбирать меня?
— «Хох-хо-хо, Кён. Меня уже давно беспокоит твое тугодумие, но сейчас я поверить не могу, что ты мог такое ляпнуть». — Сасаки не дразнила, скорее, она изумилась. — «Давай объясню метафорически. Вот, к примеру, ты купил лотерейный билет».
Не покупал, но давай предположим.
— «Потом проходит розыгрыш и объявление выигрышных номеров. Вероятность того, что твой номер совпадет с главным выигрышным, составляет менее одного к десяткам тысяч — смотря какие условия».
Иными словами, на то, что участие в лотерее принесёт тебе какой-то доход, нечего и рассчитывать.
— «С точки зрения вероятности — нет. В выигрыше в любом случае оказывается организатор, а те, кто покупает билеты, в массе своей проигрывают. Но кто-то всё же выигрывает. И вероятность выигрышного номера ненулевая. Понимаешь? Организаторы — это мы с Судзумией-сан, а у тебя — выигрышный билет».
Когда она закончила говорить, на другом конце провода послышался вздох.
— «Как ни странно, и у меня, и у Судзумии-сан выигрышные номера почти одинаковые: отличаются только последние цифры. У тебя комбинация тоже похожая. Вот только мы не знаем твою последнюю цифру. Она спрятана намеренно, и её никто не видит».
Да что это за лотерея такая?
— «Эта цифра постоянно меняется. Пока что. Но не беспокойся: скоро она определится. И только после этого ты сможешь её увидеть. Или даже так: факт прямого наблюдения и фиксирует её. Если будешь засовывать билет в самую глубь ящика стола, не вспоминать о нём, и так пересидишь крайний срок обращения за деньгами, то он станет бесполезным клочком бумаги. И тогда вопрос о выборе исчезнет, ведь любой возможный результат обнулится».
Даже я не настолько глуп. Кто ж упустит деньги.
— «Да, Кён. Именно поэтому тебе нужно посмотреть на номер: чей он: Судзумии-сан, или мой. И кроме тебя этого никто не сделает, ни Фудзивара-кун, ни Куё-сан. Они не могут, никто во всём мире не может, даже люди из будущего, даже внеземные формы жизни. Поэтому они все к тебе и пристали. Всё решаешь ты».
— …………
— «Кхм, ха-ха-ха. Какие неприятные у тебя паузы. Потому что ты — прямолинейный человек».
Раз ты во всём разобралась, так и сделай всё сама. Вот возьми и займи моё место.
— «Мне твое место тоже ни к чему. Но тебе… как бы сказать… ну да, я тебе доверяю. Избранный тобой путь и будет верным. Но ты ведь и сам это давно понял, разве не так?»
Лёгкая манера речи Сасаки, словно она вещала о чём-то не особо важном, смягчила моё настроение. Она не читала мне нотации, ни к чему не подталкивала; моя одноклассница и так называемая лучшая подруга по средней школе, которую Куникида назвал «странной девушкой», просто честно делилась тем, что думает.
— Я всё понял, Сасаки. — Крепко сжав телефонную трубку, я сказал: — Предоставь это дело мне. До завтра.
После недолгой паузы Сасаки рассмеялась:
— «Да, я вся в предвкушении. Моя вера в тебя не меньше предельной глубины погружения только что выпущенной с завода подводной лодки. Не стесняйся продувать цистерны — я ничуть не против. Пока, друг».
Помню, что трубку мы тогда повесили совершенно синхронно, не задержавшись ни на секунду.
Глава 8
α-11
Наконец, наступила пятница.
За прошедшую неделю я заметно поизмотался. Началась она с экзамена Харухи для приёма новых членов команды, в результате которого мы получили только Ясуми. Но казалось, прошла как будто не одна неделя, а две. С тех пор, как я столкнулся с типом из будущего, Кёко Татибаной, интерфейсом Доминиона небосвода по имени Куё и, конечно, Сасаки, спокойно мне не живётся.
Но как-то странно всё идёт. Вроде бы по сюжету напрашивается, что эта встреча должна была стать важной, но её последствий вообще не ощущается. Казалось бы, теперь всё должно расшевелиться, но нет, со мной они больше почему-то даже на связь не выходили.
Может, Нагато, Коидзуми и Асахина-сан в данный момент ведут с ними закулисную битву, а я об этом даже не догадываюсь. В общем-то, ничего удивительного, принимая во внимание, что тихая и мирная жизнь для Харухи — общая цель для всех трёх фракций, но мне-то можно было хоть пару слов сказать? Ну что ж, даже если я и вмешаюсь, толку от меня никакого — разве что возьмут в заложники — так что понять их вполне возможно.
С такими мыслями я зашёл в Северную старшую школу, утёр со лба пот и, не задумываясь, открыл дверцу шкафчика для обуви.
— Гм?
Поверх моей сменки лежал предмет, который мне давненько не попадался: разноцветный конверт с каким-то мультяшным персонажем. Получателем был указан я. А имя на обороте, скорее всего, указывало отправителя: