— Нина, — посмотрел он на меня внимательно. — Вы позволите вас так называть?
— Да, пожалуйста, — не стала я возражать.
— И вы зовите меня просто — Виктор. Так вот, Нина… Вы, наверное, забыли, где я работаю?
Я невольно улыбнулась.
Действительно, нашла кого пытаться обмануть… Опытного сотрудника полиции.
Они, наверное, чувствуют ложь за километр.
Да и в людях разбираться научились, пообщавшись с таким огромным количеством преступников.
— Нет, — хмыкнула я. — Помню. И догадываюсь, что вы прекрасно видите мою ложь.
— Тогда зачем?
— Сложно рассказать правду.
— Понимаю. И даже, возможно, лезу не в своё дело, но…
Он замолчал на полуслове.
— Что — “но”? — спросила я, глядя ему в глаза.
Какой такой интерес может быть к моей личной жизни у капитана полиции, случайно оказавшегося замешанным в наши семейные передряги?
— Просто искренне хочу вам помочь, — ответил он.
Теперь уже мне стало казаться, что где-то тут между слов скрывается неискренность.
Не одной мне сегодня в этом кафе тяжело сказать с ходу правду-матку.
— Почему вы решили, что мне нужна ваша помощь? — вскинулась я.
И это тоже было что-то вроде защитной реакции.
— Честно? — спросил капитан, не сводя с меня глаз и явно наблюдая за моей реакцией.
— Конечно, — кивнула я.
— И вы не обидитесь на меня?
— Ну, смотря, что вы скажете, Виктор, — улыбнулась я.
Спустя столько лет с моим мужем меня сложно просто так обидеть. Тем более, чужому человеку, коим и был для меня сейчас Виктор. Хотя меня, несмотря на всю мою жизненную ситуацию, к нему тянуло. Неожиданно для самой себя… И мне не очень хотелось, чтобы он видел меня такой слабой, разбитой. Он и без того достаточно моего унижения от Егора увидел. Хотелось бы сильно меньше того, что он уже узнал обо мне.
— Вы мне кажется такой одинокой, — сказал он после некоторых раздумий. — И такой…беззащитной, Нина.
Мне стало неловко. Значит, у меня всё же на лбу вся моя подноготная бегущей строкой написана.
Понимала это, догадывалась, и всё равно неприятно было в этом убедиться: какая же я жалкая в глазах Виктора!
— Знаете, когда мужчина видит женщину, — продолжил он, глядя на меня безотрывно. — Нежную, красивую. Умную. Не пустую. И…которой, как ему кажется, нужна защита от подонка, то он не может молчать.
— Наверное… — ответила я тихо, чувствуя, как пересохло горло.
Он что — обо мне это всё?