— Я готов, братан, — потер ладони Януш. — Порвем демонов.
— Коронация для тебя опасна? — поинтересовалась Николь.
— Она изменит Марка, — опередила мой ответ Мия. — Вы должны быть готовы к последствиям.
Мне пришлось всех успокоить:
— Надеюсь, что буду контролировать ситуацию. А вы меня поддержите. Вместе мы сможем победить.
В этот момент от Стефании пошла волна нервного напряжения. Заметив мое внимание, сестра Яна тут же увела взгляд и суетливо начала застегивать замок на куртке.
— Все в порядке? — спросил я.
Стефания бросила на меня напряженный взгляд и кивнула, продолжая возиться с замком. И уже после, Серафим поделился со мной ощущением, которое совпало с моим. Нам показалось это странным, но причин могло быть множество, Стефания — девушка и может реагировать на проблемы особым образом.
Я был намерен объявить свое согласие на коронацию сегодня же и как только получил от ребят напутственные слова, ушел на пирс для уединения.
Валентин был прав, мне нечего поставить в противовес. Мои силы ничтожно малы перед его возможностями, и я действительно не владел даже частью того, что он умещал в кулаке. Нужны изменения, мне нужна другая ступень, что позволит встать против главы тринадцати. А это только коронация, по-другому я не войду в Главные Врата. Темная Мать меня не примет без демонского клейма, а против нее у меня нет оружия.
Стать в ряд с древними, с тем, против кого ведешь борьбу, приняв их натуру через коронацию. Если бы был малейший шанс выбрать другой шаг, я бы использовал его, но такого шанса нет. Как жаль, что рядом нет борца, превосходящего мои возможности в разы. Как жаль, что нет тебя, отец. Твои знания, твоя сила и внутренний стержень поддержали бы меня сейчас. Мне нужно быть таким, как ты. Нужно стать таким же крепким и стойким. Помоги мне, прошу. Стань моими мыслями, стань моей решительностью, моей силой. Будь рядом.
Мама. Моя добрая, нежная мама, мне понадобится твоя любовь в тяжелый час, когда придется вынести процедуру адского клейма. Помоги мне не сойти с ума, помоги остаться человеком. Мама…
Что-то появилось позади, я ощутил присутствие и раскрыл внутреннее зрение. Там, в густых зарослях стояла Мия. Кротко и тихо, словно извиняясь за нарушение моего личного пространства. Я обрадовался ей, поднялся и пошел навстречу.
— Почему ты остановилась? Почему не подошла?
Мия оглядела мое лицо и ответила:
— Из тебя изливались особые чувства тоски и боли, я не смогла остаться в стороне. Но подойти ближе было бы неправильным. Прости.
— Не извиняйся. Я всегда рад тебе, запомни. И сейчас рад. Знаешь, мой мир это черно-белая разукрашка, которая обрела цветные краски только с твоим появлением. Ты даешь мне столько, сколько представить не сможешь, и я готов отдать что угодно, чтобы так было всегда.
Мия словно пропустила мои слова и заговорила о другом:
— Ты собираешься к нему? Ты готов идти?
— Да. Прямо сейчас я отправлюсь к своему родственнику, чтобы дать согласие. Время пришло.
— Хорошо. Но когда станет трудно, вспомни о родителях, Марк. Вспомни о семье, это даст тебе силы и согреет сердце. Мне эта память всегда помогает.
Я не мог насмотреться на синие глаза, на белоснежный волос, которого едва касался ветерок. Я желал слышать ее голос, не переставая, но мне нужно было идти.
Взяв Мию за руку, нежно сжал ее ладошку и сообщил:
— Если ты будешь ждать меня, я вернусь. Зови меня, когда тьма начнет покрывать мой разум. Отец так освобождал маму, когда демонский омут затягивал ее в себя. Я не заставляю любить меня насильно, просто помни обо мне, как о друге, судьба которого тебе не безразлична. И держи со мной связь. Это мне поможет.
Мия сдержала какую-то эмоцию, я заметил это, но она ловко скрыла ее от меня и лишь кивнула:
— Обещаю. Но сумей вовремя остановиться. Пожалуйста.
Я шагнул ближе, не в силах больше стоять на расстоянии и обнял свое сокровище. Она снова не стала меня отталкивать, дав насладиться ощущением единения. Постояв так с минуту, я прижался губами к макушке, жадно вдохнув аромат зеленого яблока, и прошептал:
— Постараюсь. Обещаю тебе.
Решение пойти на коронацию далось мне трудно. Но труднее было жить в таком мире, где господствует одержимый древним духом мой брат. Разве можно это изменить? Кто сможет противостоять полчищу темных сил? Кто сможет встать в оппозицию перед Валентином? Кто выдержит один его взгляд? Только тот, кто равен ему и имеет противоположные силы. Я не равен ему, но могу приблизиться к такому состоянию и попытаться нарушить адский замысел. Для этого нужна коронация. Больше вариантов нет. По той же причине образовался наш союз инверсов, и я в этом союзе лидер, а значит, на мне лежит ответственность за исход.
— Считаешь, он согласится? — с сомнением прищурился Томас.