— Что тебе надо? — холодно спросил я, чувствуя сгусток затаенной злобы напротив.
Хлоя томно улыбнулась, обнажая ряд ослепительно белых зубов в обрамлении красно напомаженных губ.
— Мне — ничего. А вот что нужно тебе от главного лаборанта?
— Не твое дело, — бросил я. — Не лезь в чужие дела. Целее будешь.
— Правда? — Хлоя вопросительно наклонила голову, пытаясь проникнуть в мое сознание. — Думаю, Валентину будет интересно.
Я рывком притянул строптивую даму к себе и прижал ее тело к стене невидимой рукой.
— Тебе вредно думать. Крысы ни кем не ценятся.
— Ты о себе, Равинский?
Мой эмбрион развернулся молниеносно. Сила вырвалась из меня и обрушилась на голову брюнетки мощным ударом, отчего та потеряла сознание. Несколько секунд ее тело безвольно свисало прижатым к стене, в это время из лаборатории выглянули сотрудники вместе с Федором. Я махнул головой, призывая их уйти, и когда они скрылись, безжалостно тряхнул свой трофей. Хлоя очнулась, но я не дал ей закрыться и сразу же захватил ее разум приказом:
— Говори, что тебе от меня нужно!
— Ненавижу тебя, Равинский… — прохрипела она. — Я видела твой мелкий сосуд еще в утробе твоей матери, когда стояла по ту сторону стены, и не понимала, почему он выбрал именно тебя. Из миллионов других. Он ставит тебя выше нас. А ты простой таракан, никто… Никто. Ты не можешь быть нами…
Моя злоба переросла злобу Хлои ко мне. Сжав ее тело на весу, я сковал все ее клетки, отчего моя пленница замерла и тут же расслабленно повисла.
— Марк, остановись, — раздался голос Мии позади, но я не мог отпустить жертву. Эта игра захватила меня с головой.
Ослабив давление, я подождал, когда соперница придет в себя и шагнул максимально близко к ней.
— Я уничтожу тебя, шестой демон. Ты встала передо мной и совершила ошибку.
— Валентин… — зло прошептала Хлоя, отчаянно пытаясь отбить мое проникновение. — Ему будет интересно узнать…
— Мой брат тебя и слушать не станет, если я захочу. У тебя провал в памяти? Или ты забыла, как он ко мне относится?
В ответ алые губы растянулись в слабой усмешке, почему-то кривой на одну сторону.
— Не рой себе яму. Несчастная, — добавил я, резко отпустив оковы.
Хлоя тут же рухнула на пол, как мешок. Оставаясь лежать в неудобной позе, она смотрела, как Мия уводит меня по коридору.
Мы шли молча. Шли так долго, что я не понял, как оказался на скользких камнях у маяка. Тяжелые низкие тучи повисли над самой водой, воздух был холодным и безжизненным. Оглянувшись по сторонам, я посмотрел на Мию, тихо сидящую на гладком валуне, и возмутился:
— Она вывела меня. Даже сам потерялся.
Подняв глаза, Мия вздохнула:
— Хлоя права в одном: ты не можешь стать ими.
— И не собирался.
— Марк, ты не контролируешь себя. Это плохо кончится.
— Я увидел ее, Мия. Это шестой темный из тринадцати, и она призналась, что стояла по ту сторону стены, когда Самаэль мучил мою мать. А я тогда был в ее животе. Понимаешь?
— Любую информацию принимай одинаково. Иначе, произойдет то, к чему ты не готов.
— А именно?
— Ты станешь одним из них.