Читать книгу «Беглец. Бегство в СССР. Часть 1» онлайн.

Вернувшись с вокзала на улицу Чернышевского я известил свою хозяйку о своём скором отъезде ' в связи с возникшими чрезвычайными обстоятельствами'.

Татьяна была очень огорчена услышанной вестью. Ведь кроме всего прочего, она рассчитывала на то, что я пробуду у неё ещё бы, как минимум неделю. Мой такой скорый отъезд приносил ей определённый финансовый ущерб.

Что бы успокоить её я вытащил из бумажника две красных десятирублёвки и вручил ей со словами:

— А это так сказать неустойка. Договаривались то мы на больший срок.

— Что ты, Андрюша!- ответила мне Татьяна,- разве дело в одних деньгах. Человек ты хороший. Вон Лёшке моему помог. Боюсь, больше не увижу тебя. Но ты если надумаешь ещё в наши края приехать, знай, я тебе всегда рада буду.

Через два дня я стоял на перроне железнодорожного вокзала в ожидании поезда Старо — Таманск — Москва, который должен был подойти с минуты на минуту. Рядом со мной стояла Бирута, которая вызвалась провожать меня. Не знаю подействовали ли на неё мои слова, или она наконец усилием воли взяла себя в руки, но сегодня девушка выглядела значительно бодрее. Следов уныния, которое не покидало её последние несколько дней почти не было заметно. Мы ещё раз обговорили все детали, я взял бумажку с записанной на ней её московским адресом, пообещав сразу же по прибытию в столицу, дать знать о себе. Бирута также через пару дней собиралась прервать своё пребывание на юге и в срочном порядке отправится домой.

Наконец громыхая к перрону подъехал нужный мне состав. Я дождался, когда у ближайшего ко мне вагоны открылась дверь и в проёме показалась проводница.

Я обернулся к Бируте, приобнял её за плечи и произнёс:

— Ну всё. Обо всём мы договорились, ты по приезду домой, сразу же связываешься с Варварой и идешь на приём к ней. Поняла? Ну, а я в свою очередь, как только окажусь в первопрестольной немедленно, слышишь немедленно позвоню тебе. Так, что жди моего звонка. Поняла?

Девушка молча кивнула мне головой, я накинул на свои плечи рюкзак, поднял с земли чемодан и развернувшись пошёл по направлению к вагону поезда.

Глава 20

Когда я подошёл к вагону, проводница уже откинула лестницу, и спустилась по ней на перрон. Это была довольно полная женщина, на вид лет сорока.

Я подошёл к ней, улыбнулся и произнёс:

— Уехать мне надо. Срочно. А свободных билетов в кассе, как назло нет. Может вы мне поможете?

— Я, что тебе Скорая помощь? — довольно не любезным тоном ответила мне проводница.

— А если так? — сказал я, и показал ей краешек купюры.

Женщина оглянулась по сторонам и затем сказала:

— Давай,- а когда купюра перешла в её собственность продолжила,- заходи в вагон, третье купе от тамбура.

Прежде чем залезть на лестницу, я обернулся и на прощание помахал рукой Бируте ( боковым зрением на успел заметить появившуюся, в этот момент ухмылку на лице проводницы).

В указанном мне купе я пока, был единственным пассажиром. Спрятав свои вещи, я уселся на нижнюю полку, располагавшуюся справа от двери. Правда в гордом одиночестве я оставался не долго. Минут через десять в купе вошла молодая пара ( как видно супруги). Поздоровавшись со мной, они стали занимать свои места.

Вскоре, поезд тронулся с места и громыхая на стыках, стал набирать скорость. Очень быстро мы покинули пределы Старо — Таманска и помчались на север. Моё пребывание у Чёрного моря закончилось. Закончилось значительно раньше чем я ожидал. Теперь мне предстояло решать новые задачи, главной из которых была встреча с моим прадедом. Честно говоря, я до сих пор так и не придумал, как я буду с ним разговаривать, и как объясню свой интерес к его экстрасенсорным способностям. А самое сложное было то, как я вообще объясню, откуда я о них узнал. Судя по тому, что я знал о нраве и характере своего прадеда, во все не удивительно было и то, что после первых же моих слов, он покажет мне на дверь. Вариант этот был крайне не желателен, и поэтому я изо всех сил напрягал свою голову, стараясь обдумать план своего разговора с Дмитрием Степановичем Константиновым.

От этих прямо скажем нелёгких раздумий меня отвлекли соседи. Оказалось, что это, как я и думал были муж и жена. Оба они жили в Старо — Таманске и решили вот так, совершенно спонтанно съездить в Москву. Её звали Мариной, а его Михаилом.

— Лежим мы сегодня с Маришкой, на пляже, а она вдруг и говорит- поехали мол в Москву. У нас там родственники есть. Ну я подумал, подумал и согласился. Мы с пляжа спохватились и домой! Быстро собрались и на вокзал!

Судя по всему билет на поезд молодые супруги приобрели ровно таким же способом, как и я, путём дачи взятки проводнице. Исходя из этого, не трудно было предположить, что в каждом поезде имелось определённое количество мест, билеты на которые не поступали в свободную продажу, а продавались по завышенной цене таким пассажирам как я, и мои спутники. Прикинув масштабы такого «бизнеса» я едва не присвистнул, его хозяевам и организаторам он должен был приносить, огромные по советским меркам деньги. И судя по всему мафии подобного рода существовали в СССР, во многих, если не во всех,отраслях экономики и сферы обслуживания. В общем в Советском Союзе образца 1978 года, имелось некое подобие рынка и рыночных отношений, причём это было видно буквально невооруженным взглядом.

Вообще побыв в СССР совсем не много времени я пришёл к такому предварительному выводу, что это государство не было, как не земным раем, так и его прямой противоположностью. Конечно в нём существовала масса недостатков, которые мне, человеку из России двадцать первого века, сразу же бросались в глаза. Убогая сфера быта, дефицит, тотальный идеологический контроль, отсутствие свободного выбора во многих вещах, всё это не могло не раздражать меня. Причём, как успел заметить я, это порядком раздражало и самих советских людей ( особенно из числа представителей моего возраста).

Но с другой стороны, в этой стране имелась масса положительного. И пусть далеко не всё я успел заметить и оценить, тем не менее, многое из этого я уже смог увидеть. Ни о каких тотальных репрессиях в СССР этого времени не могло быть и речи. Советские люди вообще вели себя, на мой взгляд, достаточно свободно и расковано. Конечно в их жизни существовала масса условностей и даже своего рода ритуалов, обязательных к исполнению, но, где и в каком обществе их нет? Конечно были они и в СССР, причём сами советские люди, по моим наблюдениям, относились к ним достаточно формально.

Главной особенностью жизни в 1978 году, которая по началу была для меня источником довольно сильного дискомфорта, была её неспешная размеренность. Возникало даже ощущение пребывания в какой- то стоячей воде. Говоря языком моего времени в жизни в СССР не хватало «драйва». Всё было каким -то неспешным и размеренным. Но спустя почти две недели после моего перехода в 1978 год, я постепенно стал находить в этом этакую своеобразную прелесть. Не могу сказать, что полностью привык к этому, но мой дискомфорт стал мало — по малу уменьшатся. Возможно жизнь в Москве и других крупных городах Советского Союза по своему ритму и темпу была ближе к той жизни к которой я привык в двадцать первом веке, но в провинции ( а я пока и не бывал нигде кроме неё), она была очень и очень неторопливой. А с другой стороны неужели постоянно надо куда -то спешить и бежать? Нет ли в этой самой неторопливости и размеренности своих, весьма ощутимых плюсов? Короче говоря, первый опыт моей жизни в СССР вызывал у меня весьма противоречивые чувства и выводы, и так же ощущение того, что мне удастся без особых проблем адаптироваться в этой новой для меня жизни. В конце концов, не в восемнадцатый век я попал!

Поезд шёл через густую южную ночь. Мои соседи по купе улеглись спать. Последовал их примеру и я. Немного поворочавшись по полке, я не заметно уснул.

Спал я без сновидений. Под самое утро я проснулся и оторвав свою голову от тощей подушки, приподнялся и выглянул в окно. Мы стояли на кокой- то станции. Стояли довольно долго, но потом поезд тронулся рывками и гремя на стыках вновь пошёл вперёд.

Наступило утро. Я проснулся и увидел, что солнечная погода уступила место пасмурной, более того на оконном стекле были заметны водяные капли, с снаружи шёл дождь. Южное тепло и южное солнце мало по малу оставалось позади.