Погоня за прошлым: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— В Ордене нас предупреждали о таких штуках, — наконец сказала она. Голос тихий, но твёрдый, как сталь. — «Пожиратели душ». «Зеркала отчаяния». Говорили, они ломают любого, даже самого сильного.

Я заставил себя повернуться. Она стояла у двери, такая хрупкая с виду, но я-то знал, какой стержень внутри. В тусклом свете аварийной лампочки её глаза казались просто бездонными.

— Почти сломал, — хрипло выдавил я. Каждое слово давалось с трудом, будто я тащил его из глотки ржавыми клещами. — Я видел… я видел, как ты умираешь. Снова и снова. В таких деталях, что тошно становилось.

Я замолчал, сглотнув ком в горле. Во рту пересохло.

— А потом я видел себя. Монстром. Таким же, как Вазар. Жестоким ублюдком, который получает удовольствие от чужой боли. И знаешь, что самое страшное? — я сделал шаг к ней. — Мне это нравилось. Там, в этом кошмаре, мне это нравилось.

Она не отшатнулась. Не испугалась. Просто смотрела, и в её взгляде не было ни капли страха. Только сочувствие и какая-то глубокая, непонятная мне печаль.

— Пока я был там, в этом аду, — мой голос стал тише, — единственное, что казалось настоящим… это ты. Простое воспоминание. Как ты сидишь рядом, молчишь. Или как смеёшься над какой-то моей дурацкой шуткой. Это всё, что у меня было. Единственное, что не дало мне окончательно поехать крышей.

Я остановился в шаге от неё. Так близко, что, казалось, я чувствую тепло её кожи.

— Я не сдамся, — твёрдо сказал я, глядя ей прямо в глаза. — Я не позволю этим глюкам стать реальностью. Ни одному из них. Слышишь?

Слова кончились. Да и что тут ещё скажешь? Всё было понятно без них — по тому, как я до боли сжимал кулаки, чтобы унять дрожь, по тому, как она смотрела на меня.

И в следующую секунду нас просто потянуло друг к другу. Не было никакой красивой романтики или внезапной страсти. Скорее, это было похоже на отчаяние. Как будто мы оба тонули и инстинктивно вцепились друг в друга, чтобы не пойти ко дну.

Не помню, кто сделал первый шаг. Кажется, мы просто шагнули одновременно. Мои руки сами легли ей на талию, притягивая её тело к своему, а её ладони упёрлись мне в грудь, словно пытаясь унять бешено колотящееся сердце. Я наклонился и поцеловал её.

Я целовал её, пытаясь доказать самому себе, что она здесь, она живая, тёплая, настоящая. А не очередной морок, который исчезнет, стоит мне моргнуть. Она отвечала с такой же яростной нежностью, её пальцы вцепились в ткань моей куртки, прижимая ещё сильнее.

Когда воздуха перестало хватать, мы отстранились друг от друга, тяжело дыша. Прижались лбами. В её глазах я увидел отражение того, что творилось у меня в душе — страх, безысходность и упрямую, злую надежду.

Не размыкая объятий, мы, как два пьяных, доковыляли до моей узкой койки. Одежда полетела на пол. Сейчас она была просто ненужной, мешающей преградой. Нам нужно было нечто большее, чем просто слова и объятия. Нам нужно было это, чтобы окончательно поверить — мы настоящие. Мы выжили.

Мы занимались любовью с каким-то первобытным неистовством, и в то же время — с невероятной нежностью. Каждое прикосновение было способом вернуться в реальность. Каждый поцелуй — безмолвной клятвой. Каждый стон — вызовом этой холодной, безразличной вселенной за иллюминатором.

В этой близости мы искали не удовольствие. Мы искали спасение. Искали опору. Искали силы, чтобы жить дальше, зная, что впереди нас ждут новые кошмары.

Потом, когда всё закончилось, мы просто лежали в тесноте, в объятиях друг друга. Я перебирал её мягкие волосы, вдыхал их запах и слушал, как ровно и спокойно бьётся её сердце у меня под ухом. Настоящее. Живое.

Кошмары никуда не делись. Я знал, что они всё ещё там, прячутся в тёмных закоулках моего разума. Но теперь у меня был якорь. Мой личный спасательный круг в этом океане безумия. И этот круг сейчас мирно сопел у меня на груди. И пока она была рядом, я знал — я справлюсь. Мы справимся.

Эпилог

Генерал заперлась в своей каюте. После мостика, где каждый взгляд подчинённых ощущался как укол раскалённой иглой, здесь, в одиночестве, она могла хотя бы дышать. Тишина давила, а единственным светом в полумраке был экран терминала. На нём застыл короткий отчёт, сухой, как сводка погоды. Но каждое слово в нём было пощёчиной.

Он. Снова. Ушёл.

Генерал сжала кулаки так, что ногти впились в ладони. Больно. И хорошо. Хоть какое-то настоящее чувство в этом потоке цифровой лжи и докладов с мест.

На экране всё ещё светились строчки: «Артефакт уничтожен. Культ „Детей Ржавчины“ рассеян. Корабль цели покинул систему».

Цели… Какое же жалкое, безликое слово для него. Влад Волков. Призрак, который никак не хотел отправляться в прошлое, где ему самое место.

Она откинулась в кресле и уставилась в потолок. Дета-Крам, эта ржавая дыра в космосе. Жалкие фанатики-киборги, готовые молиться на любую древнюю железку. Всё это было приманкой. Красивой, дорогой, тщательно подготовленной ловушкой. А он сожрал наживку, выплюнул крючок и уплыл, оставив её с пустыми руками. Опять.

Как? Как этот мальчишка, этот выскочка на своём старом корыте, вечно оказывается на шаг впереди? Все расчёты, все прогнозы, вся мощь имперской разведки — всё летело к чертям, когда на сцене появлялся он.

— Проклятье!

Генерал стукнула кулаком по подлокотнику. Кресло жалобно скрипнуло. Гнев подкатил к горлу — горячий, едкий. Хотелось что-нибудь разбить. Разнести эту каюту, а потом и весь флагман к чёртовой матери.

Но она заставила себя медленно, глубоко выдохнуть. Гнев — плохой советчик. Он застилает глаза, мешает думать. А думать сейчас было необходимо.