— Музыка?
Я вскочил и направился к своей машине. Шум становился громче.
Я открыл дверь, и из машины раздался голос какой-то девушки, кричащей песню.
Телефон Куинн оказался зажатым между сиденьем и консолью. Я вытащил его, и на экране снова и снова вспыхивало имя Джози, которая звонила.
Я не ответил, но рассмеялся, когда звонок завершился. Теперь мне не нужно было волноваться о том, чтобы забыть Куинн.
Судьба решила за меня.
Если Куинн захочет вернуть свой телефон, ей придется прийти и увидеть меня.
Глава 5
Я вертелась всю ночь, думая о синих глазах Рэнсома и его злом взгляде. Мне не хотелось признаваться себе, как это заводило. В комнате было тихо, когда я перевернулась и посмотрела на полоску солнечного света, пробивающуюся через штору.
Джози так и не вернулась домой, так что я предположила, что она осталась у Сары, и я была еще более счастлива, что решила не оставаться.
Я сняла свой iPad с тумбочки, не зная, куда подевался мой телефон ночью. Я отправила Джози сообщение, чтобы проверить, как она, а затем начала листать социальные сети. Мои пальцы зависли над строкой поиска на целую минуту, прежде чем я набрала имя Рэнсома.
На его странице было почти ничего, но его часто отмечали на фотографиях.
Фотографии с его машиной с гонок, кадры с мероприятий, где его удалось поймать в объектив, и несколько снимков в гараже, где он работает. Некоторые с его друзьями, другие с девушками, обвившими его руками. Он не улыбался ни на одной из них, на лице всегда было застывшее жестокое выражение. Я закрыла страницу, не желая смотреть больше.
Я пролистала ленту дальше, пока не увидела слово «уличные гонки», что заставило меня прокрутить статью, размещенную на сайте моего колледжа.
«Местная уличная банда нанесла серьезный ущерб статуе на кампусе», — я прочитала вслух в пустую комнату,
— Эти ублюдки, — пробормотала я, продолжая читать.
Статья описывала ущерб и утверждала, что на ремонт потребуется около двенадцати тысяч долларов.
Они были идиотами. Такая сумма вполне могла бы покрыть моё обучение, а они собирались потратить её на восстановление статуи, которая никому не нравилась. Затем появилось слово «награда». Они предлагали тысячу долларов тому, кто сможет привести к виновным в преступлении.
Я положила iPad на грудь и уставилась в потолок. Мне было известно хотя бы об одном уличном гонщике, который участвовал в гонках прошлой ночью, и, хотя я не видела, чтобы он совершал это, мне трудно было представить, что на кампусе в четверг вечером были другие люди, занимающиеся уличными гонками.
Мысль продолжала крутиться в моей голове. Я могла бы прожить на такие деньги весь учебный год. Этого хватило бы на еду, одежду, материалы и всё, что мне нужно, если я буду осторожна. Я снова подняла iPad и зашла в банк. Должно было остаться около тысячи долларов после оплаты учебников и платы за обучение, и я планировала растянуть их как можно дольше, питаясь раменом и хлопьями. Тысяча дополнительной помощи позволила бы мне время от времени покупать кофе в кафе, пока я учусь.
Ощущение облегчения и волнения захлестнуло меня, пока не загрузился мой банковский счет.
Большой отрицательный баланс уставился на меня.
Облегчение сменилось паникой. Как я могла излишку в тысячу долларов перейти к минусовому балансу, не купив ничего?
Не потребовалось много времени, чтобы понять, что произошло, как я кликнула дальше и увидела покупку за покупкой подарочных карт Visa. Каждая из них была на несколько сотен долларов, пока счёт не был полностью опустошен.
Моя мать.
Я забежала домой накануне, чтобы забрать оставшиеся вещи, и оставила сумку на стойке, пока загружала вещи в машину Джози. Эта сука воспользовалась моментом, чтобы забрать все мои деньги и оставить меня ни с чем.
Не то чтобы ей было важно.
К этому времени она наверняка уже пила в казино. Деньги, которые она украла, вероятно, уже проиграны. Я знала, что подарочные карты там работают.
Слезы наворачивались на глаза, прежде чем я снова подумала о деньгах за информацию. Это могло бы меня спасти.