— Ну ладно, Шалопаи, — хмыкнул я.
О, кстати, идея!
— Раз вы такие смекалистые, тогда кто первым из вас доберётся до полигона, тот и придумает, как назвать новый уровень вашего дружного коллектива!
— Чё, мы уже не Шалопаи? — заулыбался Саня.
— Пока ещё Шалопаи, — уточнил я. — А вот кто первым прибежит на полигон, тот и придумает, как вас называть дальше.
Тут же Саня сорвался с места на воздушном байке.
— Эй, Савельев!!! — топнула ножкой Алиса. — Совсем офонарел⁈
— Сергей Викторович! — пожаловалась Анжела. — Скажите ему!
— В смысле — скажите? — удивился я. — Про «на старт-внимание-марш» я ничего не говорил. Время-то уже давно пошло.
— Да что б вас! — рванул с места Даня.
— Эй, стопэ!! — умчался Антон.
— Так не честно! — возразила Анжела. Но пока она возражала, все остальные уже рванули с места. — Да блин! Погодите меня!
— Уа-ха-ха-ха-ха!! — доносился издали голос Сани. — Следуйте за мной, мои будущие «вундервафли»!
— Блин… — почесал я затылок. — Может, это была не самая хорошая идея?
Про вундервафли и прочие кракозябные названия я чё-то не подумал сразу. Воображение-то у бесят ого-го, могут и не такое напридумывать.
Что ж, ну, так будет даже интереснее следить за гонкой. Я-то думал просто дождаться их на полигоне, но теперь сам рванул следом. Метался по крышам и по верхушкам деревьев, как какой-то ниндзя, и со стороны наблюдал за происходящим.
Да, Саня вырвал себе нехилую фору. Но Даня тоже был не промах. Он использовал гравитацию как реактивный двигатель и подталкивал себя вперёд так, что даже отработанный месяцами «воздушный байк» Савельева начал ему уступать.
Антон хоть и рванул третьим, и после него тоже оставалась фора, всё же он не имел стихийных способностей. От Коляна он научился начальной стадии усиления тела, поэтому бежал быстро, но отрыв нещадно сокращался.
Однако Антона это нисколько не смутило. Когда его догнала Алиса, они кинули взгляд друг на друга, и Антон зачерпнул её водной магии, а затем подхватил свою девушку и с усиленным эффектом, словно ракета, рванул вперёд с напором воды, словно из брандспойта. Двигались они по ледяной дорожке, которую выстраивала Алиса.
— Да чтоб вас! — зарычала Катя и вдарила магией по собственному вихрю.
Она пролетела словно катапульта над учебным корпусом, который всем приходилось огибать, и под удивлённые взгляды учеников внутри здания приземлилась с обратной стороны.
Вскоре в отстающих собрались маги молнии. Ярослава это особенно злило. Молния, несмотря на свою стремительность как стихия, очень плохо подходила для прямого ускорения своего носителя. Были способы это немного исправить ситуацию, но с той же огненной тягой всё равно молния не сравнится, как и с воздушным байком, к примеру.
Но Ярослав смог меня удивить. Он сосредоточил дикое количество магии в очень плотном пучке, и тепловая энергия дуги как раз сыграла роль реактивной тяги. Ярослав резко рванул вперёд, оставив позади остальных, и гонка продолжилась в новом темпе.
Эффект молниеносного скачка был резкий, сильный, но короткий. Это не постоянное ускорение, а единоразовый рывок, так что Ярослав хоть и вырвался на первое место, дальше был вынужден бежать на чистой физухе.
Я тем временем остановился на вершине обсерватории и наблюдал, как Даня равняется с Саней.
— Хорошо бегут, — раздалось снизу.
— Здравствуйте, Байрон Тимирович, — приветствовал я нашего астронома, который сидел в позе лотоса на краю здоровенного телескопа. — Разве сейчас видно небесные тела? — спросил я его.
— Нет, конечно, — меланхолично произнёс Байрон Тимирович. — Однако наблюдая за красотой космоса, не стоит забывать о красоте земной, Сергей Викторович.
— Вы правы, — согласился я.
— Ом-м-м… — протянул Байрон Тимирович, прикрыл глаза и предался медитации.