Я ей завидую.
И боюсь стать такой же.
— Рита, ты когда последний раз была с мужчиной?
Она спрашивает это, не отрываясь от меню. Как будто интересуется прогнозом погоды.
— Женя, мы в ресторане.
— И что? Здесь все взрослые. Так когда?
— Это личное.
— Рита.
— Женя.
— Когда?
Вздыхаю.
— Два года назад.
Она роняет меню.
— ДВА ГОДА?!
Весь ресторан оборачивается. Официант застывает с подносом. Пожилая пара за соседним столиком смотрит с ужасом — или с сочувствием, не разберу.
— Спасибо, теперь вся Москва знает.
— Рита, два года — это катастрофа! Это гуманитарный кризис! Это нарушение прав человека!
— Драматизируешь.
— Я не драматизирую! Два года без секса — это как два года без воды! Технически выжить можно, но зачем?!
— Не было подходящих.
— Подходящих не бывает! — Женя машет официанту. — Вина! Много вина! Срочно! У моей подруги экстренная ситуация!
Официант — молодой парень с испуганными глазами — убегает за бутылкой.
— Женя, мне не нужно вино.
— Вино не для тебя. Вино для меня. Мне нужно это переварить.
— Что переварить?
— Информацию о том, что моя лучшая подруга — живой труп.
— Спасибо за поддержку.
— Это не поддержка. Это интервенция.
Официант приносит бутылку. Женя наливает себе полный бокал. Выпивает залпом. Наливает ещё.
— Рита. Дорогая. Любимая. Послушай меня внимательно.