— За всё. За то, что веришь в меня. За то, что рядом.
Притягиваю её ближе.
— Пожалуйста. Но помни, ты и сама большая умница. И верь в себя. Ясно?
— Угу, — бормочет она.
Засыпаем в обнимку.
Завтра будет новый день. Новые проблемы, новые враги, новые битвы.
Но сейчас — только мы. И этого достаточно.
Глава 13
Утро начинается с визита в подвал.
Лев сидит там уже достаточно давно, чтобы стало понятно — он не под влиянием. Олег проверил его историю — всё сходится. Никаких тёмных дел за ним не числится. Обычный человек, которому не повезло оказаться не в том месте не в то время.
Но я не тороплюсь с выводами. Доверие — штука хрупкая. А мы все помним, что в его мозгу покопалась неведомая тварь. Прежде чем выпустить Льва на волю, надо убедиться, что он никому не причинит вреда.
— Веди его в лабораторию Фёдора, — говорю я Олегу. — И позови Ставридова.
— Ставридова? — капитан поднимает бровь.
— Да, Кабанский приглашал его в качестве эксперта в истории с птичьим молоком.
Олег кивает и уходит. Не думаю, что такого уровня мастеров в Ялте много.
Через полчаса все собираются в лаборатории. Фёдор суетится у своих приборов, раскладывает какие-то кристаллы и склянки. Ставридов стоит в стороне, разглядывая обстановку с профессиональным интересом.
И Лев здесь. Бледный, осунувшийся, с тёмными кругами под глазами. Время в подвале не прошло даром — хотя его кормили и не обижали, заключение есть заключение.
— Садись, — указываю я на стул в центре комнаты.
Он садится. Руки дрожат.
— Фёдор, начинай.
Артефактор подходит ко Льву со своими устройствами — выглядят они жутко, признаться. Я бы тоже напрягся, если бы кто-то полез ко мне с такими палками и склянками. Такое ощущение, что недохимик решил собрать горелку из подручных материалов, а теперь поставил на это всё какую-то кислоту.
Короче, я тоже жду в напряжении.
— Это не больно, — обещает Фёдор, но все в комнате напрягаются. — Просто посидите спокойно.
Водит устройством вокруг головы Льва. Что-то щёлкает, гудит. Федя хмурится, делает пометки в блокноте.
— Есть следы ментального воздействия, — говорит он, наконец. — Сильного. Но… старые. Уже почти рассеялись.
— То есть сейчас он чист? — уточняю на всякий случай.
— Сейчас — да. Однако кто-то серьёзно покопался у него в голове.
Поворачиваюсь к Ставридову.
— Ваша очередь.
Эксперт подходит ко Льву, достаёт из саквояжа набор склянок и инструментов. Берёт руку алхимика, делает небольшой надрез — Лев морщится, но молчит. Кровь капает в стеклянную пробирку.