Значит, пока он один.
Ладно. Справится. Должен справиться.
Ради Маши.
Где-то под Новокузнецком
В лесу царит тишина.
Не та уютная тишина, которая бывает в осеннем парке или в лесочке, когда ты пришёл собирать грибы. Нет, это тишина хищника, затаившегося в засаде. Ни птиц, ни шороха мелких животных — будто все живое разбежалось и спряталось.
Или его спугнули.
— Сюда, — Кабанский вдруг останавливается.
Он стоит на коленях, разглядывая землю. Я подхожу ближе.
— Что нашёл?
— Следы, — Давид указывает на едва заметные вмятины в палой листве. — Несколько человек. Шли быстро. И вот… — он поднимает что-то маленькое, блестящее. — Пуговица. Детская, похоже.
Смотрю на него с уважением.
— Это потому что у тебя нюх хороший? — усмехаюсь я.
Кабанский коротко смеётся.
— Можно и так сказать. У кабанов отличный нюх. И мой покровитель даровал мне обоняние не хуже, чем у зверя.
— Серьёзно?
— Серьёзно. Могу учуять след, которому несколько часов. Или даже несколько дней, — Давид поднимается. — Расскажу как-нибудь подробнее о своих способностях. Но предупреждаю — сюрпризы ещё будут.
После того, что он устроил с бандитами на фабрике — охотно верю.
Кстати, он так толком и не рассказал, что это было. Но ничего, побеседуем потом, в более спокойной обстановке.
— Куда ведут следы?
Давид принюхивается. В буквальном смысле — его ноздри раздуваются, а глаза на мгновение становятся другими. Чёрными, как у настоящего кабана.
— Туда, — он указывает на восток. — Около километра. Там что-то есть.
— Веди! — рявкает Котов.
Мы двигаемся через чащу. Кабанский впереди, я — следом. Ярослав и остальные — чуть позади.
Давид идёт уверенно, будто по знакомой тропе. Останавливается, принюхивается, меняет направление. Снова идёт.
А я думаю о том, какой подарок судьбы свалился мне на голову. Барон Кабанский — не просто сильный боец. Он — живой детектор, способный найти иголку в стоге сена.
Или детей в сибирском лесу, что несколько актуальнее.
— Здесь, — Давид останавливается.
Перед нами — небольшая поляна. С первого взгляда — ничего особенного. Трава, кусты, поваленное дерево.
Но если присмотреться…