— Второй отряд «Скорпион», — говорит Кабанский с нескрываемой гордостью. — Готов к работе.
Прохожу вдоль строя. Медленно, внимательно. Смотрю на лица — обветренные, со шрамами, с глазами людей, которые видели смерть и не боятся её. Руки — мозолистые, с набитыми костяшками. Осанка — прямая, уверенная.
Останавливаюсь напротив первого.
— Имя? Где служил?
— Григорий Пахомов, ваше сиятельство, — голос хриплый, низкий. — Императорская гвардия, пятый полк. Пять лет. Дослужился до сержанта. Потом — наёмником по разломам. Третий и четвёртый уровни Изнанки.
— Почему ушёл из гвардии?
— Недопонимание с начальством, — он криво усмехается. — Я решил потягаться с командиром, командир — со мной. В итоге он в госпитале, я — на улице.
Честный ответ. Мне нравятся честные ответы.
Следующий.
— Матвей Дорохов. Охотник из Одессы. Восемь лет стажа. Специализация — твари третьего уровня и выше. Сорок два закрытых разлома, из них семь — дуэтом.
— Вдвоём? На третьем уровне?
— Приходилось, — пожимает он плечами. — Команда погибла, а твари сами себя убивать не могут. Порталист, сами понимаете, не всегда боевой товарищ, по сути, только портал закрывает.
Уважаю.
Третий — невысокий, жилистый, с татуировкой якоря на шее.
— Семён Кузьмич. Бывший боцман торгового флота. Потом — телохранитель купца Мироновича. Шесть лет при нём был.
— Миронович… это тот, которого съели на Изнанке?
— Он самый, ваше сиятельство, — лицо Семёна каменеет. — Не уберёг. Тварь из разлома вылезла, когда мы меньше всего ждали. Я троих положил, но четвёртый добрался до хозяина.
— И ты выжил?
— Выжил. Убил тварь. Но хозяина уже не спас, — он смотрит мне в глаза. — С тех пор ищу место, где смогу исправить ошибку. Защитить кого-то по-настоящему.
Киваю. Понимаю его. Долг — штука тяжёлая.
Прохожу дальше. Четвёртый, пятый, шестой… Каждый — со своей историей, своими шрамами, своими причинами оказаться здесь. Бывшие солдаты, охотники, наёмники. Люди, которые умеют убивать монстров и готовы это делать за правое дело. Или за деньги. Или за то и другое.
— Кто порталист? — спрашиваю, дойдя до конца строя.
Вперёд выступает невысокий мужчина лет сорока. Худой, жилистый, с цепким взглядом серых глаз. Волосы — с проседью, коротко стриженные. На руках — странные татуировки, похожие на руны.
— Тимофей Лукич Воронов, ваше сиятельство. Порталист второго ранга.
— Второго? — переспрашиваю я. — Не первого?
— Нет, — он не смущается. — До первого не дотягиваю. Радиус подкачал. За пределами — нестабильность. Но в пределах радиуса — работаю как часы. За пятнадцать лет практики ни одного сбоя. Ни одного потерянного груза. Ни одного застрявшего человека.
— Пятнадцать лет — солидно.
— Опыт, ваше сиятельство. Опыт и осторожность. Я не лезу туда, где не уверен. Зато там, где уверен — гарантирую результат.
Смотрю на Кабанского.
— Где ты его нашёл?