— Венера, ты помнишь, он конкретное что-то назвал? Статью, основание?
— Нет. Только «я все написал, там разберутся».
— Ясно. Перешли мне, пожалуйста, дословно, что запомнила. Я скину своему юристу.
— Сергей Николаевич… Я виновата, что не остановила его тогда.
— Виноват он, что столько лет притворялся больным и обманывал тебя, — сказал я. — Не ты. Понимаешь? Все, не переживай. Сделаем так. Я заберу тебя после работы, и пойдем ко мне ужинать…
— Я не могу, Сергей Николаевич, — перебила она, — что люди…
— Да погоди ты! — отрезал я. — Мы же не одни будем, мы…
— Пивасик и Валера не считаются! — снова перебила меня она.
— Венера Эдуардовна! — строго сказал я. — Что за привычка перебивать коллег? Я же говорю, мы будем не одни. Ко мне гости приехали. Помнишь, я рассказывал про команду, которую подбирал для санатория? Вот. Познакомлю тебя с тетей Ниной и своим юристом Наилем. Как раз с ним и посоветуемся насчет Тимофея.
— Да? — удивилась Венера и голос ее дрогнул от радости. — Они приехали? Ну тогда… ладно.
— Вот и договорились.
Попрощавшись с ней, я написал Наилю: «Некий Тимофей Тумаев мог подать в моем отношении заявление в прокуратуру Й-Олы. Проверь».
Ответ пришел через минуту: «Принял, Сергей Николаевич. Разберусь».
Следом связался с тетей Ниной, предупредив ее о том, что вечером у нас будут гости. То есть гостья.
Ну а далее я начал прием пациентов, который до обеда прошел ровно, без экстренных случаев: четверо записанных и один по острой боли, которая, к счастью, оказалась обострением хронического холецистита, а не чем-то хирургическим. Рутина, которая, честно говоря, после последних дней ощущалась почти расслабляющей.
После столовской гречки с котлетой я вышел на больничный двор и прогулялся вдоль забора, вместо того чтобы сидеть в ординаторской. На улице было морозно, но безветренно, снег искрился и чуть поскрипывал под ботинками. Дышалось хорошо-хорошо.
Пятнадцать минут ходьбы после еды, конечно, мелочь, но при моей инсулинорезистентности работающие мышцы забирают глюкозу без посредничества инсулина, и каждый такой бесплатный грамм чуть-чуть отодвигает стеноз сосудов. Если бы такую эффективность придумали в виде лекарства, оно бы стоило очень дорого! А тут бесплатно.
А после обхода, проверяя телефон, увидел пропущенный от Евы и перезвонил.
— Сергей, я закончила предварительную финмодель, — вместо приветствия сообщила Ева. — Хочу посмотреть объект. Приеду завтра. Когда удобно?
— Утром?
— Выеду в семь. К девяти буду.
— Там не везде асфальт, — предупредил я. — Обувь бери соответствующую. Какую не жалко. И теплую.
— Переживу, — чуть помолчав, ответила Ева и повесила трубку.
Остаток рабочего дня пролетел незаметно.
Венеру я забрал после смены прямо из гинекологического отделения. Она ждала у входа в наброшенном на плечи пуховике, с полупрозрачным пакетом, в котором было видно батон, коробку конфет и пачку чая.
Поймав мой недоуменный взгляд, пожала плечами:
— Не с пустыми же руками к вам в гости идти. У нас так не принято.
Потом она молча села в машину и всю дорогу до дома Анатолия неотрывно смотрела в окно. Я, впрочем, тоже не лез с разговорами. Все еще ощущал какую-то неловкость, а она женским чутьем, видимо, поняла, что у меня теперь кто-то есть.
У калитки стоял Наиль в своем элегантном пальто, курил и притоптывал от холода.
— Сергей Николаевич, я, собственно, попрощаться ждал вас, — сказал он, торопливо пряча сигарету. — С утра надо быть в Казани, документы по ООО…