Он оттолкнулся от косяка, закрыл за собой дверь и направился к столу. Встал за спиной, уложил тяжелые ладони мне на шею, ласково впиваясь пальцами в мышцы. Это движение как взмах волшебной палочки — от напряжения не осталось и следа.
— Что ты сделал?
— Просто изучил этого наглого прощелыгу. Держи, — Игорь ногой придвинул к себе кресло, сел рядом и выложил на стол пару сложенных листков. — Он обычный альфонс… Женатый альфонс!
— Что? — ахнула я и схватила документы, вчитываясь в дотошно собранное досье.
— У него есть жена и трое детей. Кстати, грузовую машину он оформил на супругу. Твоя мать, хоть и меркантильная мегера, но влюбилась, как девятиклассница. Отписала на него почти всё, включая новенькую квартирку, — Игорь говорил, говорил, а я поверить своим ушам не могла. — Сонь, мне нужно твоё разрешение, чтобы подключить адвокатов. Всё вернуть не сможем, но за часть пободаться можно.
— Нет! — я было вскочила, но Князев тут же перехватил меня, усаживая себе на колени, и заурчал, как довольный мартовский кот. — Я не стану в это вмешиваться, и тебе запрещаю. Она же умная? Взрослая? Она меня постоянно поучала, тыкала носом в ошибки, твердила, что развод с Мальцевым — самая большая ошибка в моей жизни! А когда бабуленька встала на мою сторону — ополчилась на нас обеих. Мама же назло нам решила продавать квартиру, в которой мы жили. Наказала нас, тупых баб… Она все говорила, что мужчины слабы и имеют право на загул. Подумаешь — любовница! — я трещала с такой скоростью, что Князев даже морщился, пытаясь не упустить ни слова. — Она всех наказывает, всех поучает, потому что только она знает, как жить правильно! Так и не мешай ей, Князев… Не мешай!
— Сонь, мне твоя маман глубоко несимпатична. И я не о ней переживаю, поверь. Я боюсь, что когда схлынут твои эмоции, ты начнёшь себя поедать за то, что не помогла, — Князев обнял меня, прижал к груди и поцеловал в макушку. — Ты подумай… А я приму любое твоё решение.
— Я всё сказала, Князев. Мне от мамы ничего не нужно больше. Доброго слова все равно не дождаться, а проблемы я и без неё умею находить, — я улыбнулась через силу… Путаность мыслей, злость и испуг ушли. — Ты почему трубку не брал?
— На встрече был…
— Ну? Где моя старая тарантайка? — скрипнула зубами, чтобы не выдать восторга от новой машины. — Только не говори, что её угнали. Хоть я от тебя уже и не знаю чего ожидать.
— Доктор Соня, меня устроит простое человеческое «спасибо». Большего и не нужно… И ещё — я буду дарить подарки, не спрашивая на то твоего одобрения или разрешения. Я буду защищать тебя так, как считаю нужным в той или иной ситуации. Я буду мужчиной, на котором лежит ответственность и за бабушку, и за Тёмку, и за жену мою, Сонечку, — Игорь расхохотался, схватил меня за волосы и запрокинул голову, чтобы поцеловать. — Доходчиво объяснил?
— Предельно… Иными словами — истерика бессмысленна, я — мужик, и всё будет так, как я сказал!
— А ты быстро учишься. Но ещё я чуткий муж… Поэтому вот, — Игорь раскинул руки, указывая на просторный, хоть и ещё пустой и необжитый кабинет. — Это твоя вотчина, и командуй тут сколько угодно. Мной, Савиным, Лютаевым и другим персоналом… Тут мы на работе, тут можно.
— Ну, раз мы на работе, и здесь можно оказывать психологическое давление, то давай проясним? — я чуть отклонилась, чтобы тепло его тела не дурманило мою голову. — Я дама в возрасте, со сложным характером, табуном тараканов и сумкой комплексов. Поэтому давай откровенно?
— Валяй, — Игорь стянул со стола чашку уже остывшего кофе и поморщился.
— Леночка, а принеси Игорю Палычу кофе! — крикнула я в приёмную. — И предупреди нас, когда Савин и Лютаев Артёма привезут.
— Хорошо, София Егоровна, — Леночка втиснулась в кабинет, потом смущенно отвернулась, заметив, что сижу я на коленях у Князева, и скрылась.
— Значит, мы — семья? — эти слова с трудом проскользили по горлу. Мне было отчего-то стыдно задавать этот вопрос.
— Да. Ты — жена, я — муж. Тёмка — сын. Бабулька — бабулька, — он тихо посмеивался, прокручивая по блюдцу чашку. — Сонь, ты признаний в любви хочешь?
— Нет, я пытаюсь тебе объяснить, что ты не просто жену взял. У меня ещё тележка ответственности. Я изучила твои соцсети…
Боже, как мне было стыдно!
— Сонька, да ты шпионила? — Игорь сжал мой подбородок, не позволяя опустить голову.
— Конечно! Должна же я убедиться, что ты не пластик идеальный? Ты понимаешь, что я не смогу сорваться и полететь куда-то с тобой, не смогу свалить из города на выходные… Это другая жизнь, Игорь.
— Это не жизнь другая, а ты другая, София Егоровна. К тебе возвращаться хочется, оставляя за порогом проблемы на работе и прочую чепуху. Вот вхожу, и шум, суета, запахи, твоя улыбка и тепло глаз — вот что настоящее, — Игорь сжал мою руку, сплел пальцы, вдруг вздрогнув от пустоты безымянного пальца. — Чёрт… Сонь, я такой долдон!
— Согласна, — я так смутилась, что пришлось прижать к пылающим щекам холодные дрожащие пальцы. — Ну вот… Машину купил, кольцо я выпросила. Настоящая приживалка.
— И рецидивистка.
— Ах ты поганец…
— Есть малёха. Идём обедать?
— Не могу, муж мой чуткий. Сейчас время командовать тобой, Лютаевым и особенно Савиным, — я до сих пор была зла на Женю. За его странные намёки. — Он заявил, что мне пора определиться — с вами я или нет?
— Савин — неудобный враг, поэтому предлагаю тебе заручиться его поддержкой, и тогда он станет для тебя рабочим принцем. Хочешь дорогое оборудование, за которым в очереди стоят по два года? А он тебе через месяц его доставит. Нужно найти нужного врача? За ручку Савин тебе его приведет, ещё и бантиком повяжет, — он расхохотался, чуть отстранившись, потому что дверь в кабинет распахнулась, впуская румяного и совершенно счастливого Артёма.