Выражение ее лица меняется. Она снимает маску милой и доброй подруги, передо мной теперь стоит настоящая стерва, которая готова идти по головам ради своей выгоды.
— Я так не скажу, — качаю головой.
И тогда она вытаскивает телефон из кармана. Пальцы ее уверенные, будто она знала, что этот момент наступит.
— Ну ладно. Тогда придется показать тебе несколько очень интересных фото.
Она поворачивает ко мне экран своего мобильного, я присматриваюсь. Я. Голая. Лежу на кровати, глаза закрыты. И рядом Вася, ухмыляющийся во весь рот. На нем только трусы.
Я чувствую, как земля уходит из-под ног.
— Откуда это? — у меня в горле пересохло.
Марина улыбается противно-противно!
— Помнишь, как ты перебрала на вечеринке у Васьки? Ну вот, мы решили немного повеселиться.
— ЧТО? — я срываюсь на крик. — Повеселиться???
— Да расслабься, дурочка, — Маринка фыркает. — Он к тебе даже не притронулся. Просто лег рядом, и мы вас пофоткали.
Я начинаю задыхаться. Слезы сами катятся по щекам.
— Зачем вы это сделали?
— Говорю же, ради прикола, — усмехается она. — И теперь перед тобой встал выбор: либо ты подтвердишь мои слова про Артёма, либо завтра эта фотка будет у всех. У твоих одноклассников. У твоей мамы. У твоего папы.
Я хватаюсь за голову. Сердце колотится так, будто сейчас вырвется наружу.
— Папа, — шепчу сама себе под нос.
Я знаю, он убьет меня, если увидит это. Он убьет себя от стыда.
Маринка склоняется ко мне и шепчет ядовито:
— Всего лишь одно слово, Ань. Подтвердишь, и я удалю все. Никто никогда не узнает об этих фотках.
Сука! Как же так можно? Я ей доверяла, считала близкой подругой. А она так со мной поступает… Правы были родители, их компания — не для меня.
— Но… Артём, — я всхлипываю. — Он же ни при чем. Это ложь!
— Ложь, правда, какая разница? — Маринка улыбается гадко. — Все равно поверят мне. А ты станешь моей подругой, которая поддержала меня. Красиво же?
Я чувствую, как у меня подкашиваются ноги. Словно меня прижали к стене, и выхода нет. Они загнали меня в угол. Я задыхаюсь от унижения и ужаса.
— Всего лишь подтверди мои слова, — она говорит тихо и почти ласково. — И все закончится.
Слезы текут по щекам, я уже не могу их сдерживать. Внутри пустота. Боль. Страх.
— Да не ссы ты, Анька, ничего не будет. Просто скажешь и все. Будем дальше вместе тусить. Так что, ПОДРУГА?
— Я…, — мой голос дрожит, — я согласна.
Все. Точка. С этого момента моя жизнь сломана.
Я резко открываю глаза. Комната снова всплывает вокруг меня. Шум дождя за окном. Ольга Ивановна сидит рядом, внимательно смотрит.
— Ты все вспомнила?