Двадцатого июля Хорев вызвал меня к себе в кабинет.
— Заходи, капитан, — кивнул он на стул. — Нужно поговорить.
Я прикрыл дверь, прошел в кабинет и сел в кресло.
— Есть повод, — начал он без предисловий, — Перевести тебя из отдела Игнатьева. Там ты уже перерос свои задачи. Слишком громкие дела за тобой тянутся. И недоброжелатели готовы тебя сожрать! Но, у них не получится. Зубы обломают. Твои враги, это люди в кабинетах. Люди, которые не очень любят, когда какой-то старлей… Вернее, капитан, показывает результаты, которые сложно игнорировать…
— К чему вы клоните, товарищ генерал?
— К тому, что создается отдел «Спектр». Я бы даже сказал, что это вневедомственный отдел. Особый, пусть и совсем небольшой отдел под кураторством ГРУ. Задача сложная — координация действий всех разведгрупп специального назначения на территории противника и дружественных стран. Анализ, планирование, реализация сложных, многоходовых операций. Работа с агентурой глубокого залегания. Противодействие иностранным спецслужбам на опережение. — Хорев выдержал паузу. — И начальником этого отдела предлагают назначить тебя.
Я опешил. Это было выше всяких ожиданий.
— Меня? Товарищ генерал, блин… Какой из меня начальник отдела? Я могу с автоматом бегать, а не папки перекладывать с места на место!
— А вот такой, — отрезал Хорев. — Который в одиночку, без приказа, пошел вызволять жену из логова ЦРУ и походя развалил их многолетнюю операцию. Который умеет мыслить нестандартно. Который знает, что такое война не по учебнику. Мнения разделились, скажу честно. Многие были против. Слишком молод, слишком горяч. Но твои результаты говорят сами за себя. И награды. И этот… нюх. К тому же, нам нужен человек, которому можно доверять. Человек, у которого есть своя команда, проверенная в деле.
— Группа «Зет»?
— Именно. Ты их собирал, ты с ними прошел огонь и воду. Они за тобой пойдут куда угодно, даже в Абу-Танф, без всяких санкций. Значит, верят. А это дорогого стоит. Собирай своих людей. Шут, Док, Герц, Самарин, Смирнов — все, кого сочтешь нужным. Будете формировать костяк. Остальных подберете сами. Но… — Хорев поднял палец. — Ты теперь не просто солдат, Громов. Ты офицер штаба. Аналитик. Организатор. Придется учиться. Много учиться. И думать, прежде чем стрелять. Лично я полностью согласен — ты лучший кандидат!
Я молчал, переваривая информацию. Мысли лихорадочно метались. Начальник отдела. Возможность собрать свою команду. Операции по противодействию иностранным разведкам.
— Задача на первое время, — Хорев протянул мне тонкую папку с грифом «Совершенно секретно». — Ознакомьтесь. Это данные по активности западных спецслужб в Польше. Там назревает что-то серьезное. Они раскачивают лодку, используя националистические движения. Наша задача — не дать им опрокинуть ее.
Я взял папку. Бумага была прохладной на ощупь.
— Когда приступать?
— Хоть сейчас, — усмехнулся Хорев. — Иди, капитан. Времени у тебя — неделя, чтобы принять дела и представить мне план работы отдела на ближайший квартал. А потом — вылетаешь в Варшаву. Проверишь обстановку на месте.
Я вышел из кабинета, сжимая в руках папку, в которой, возможно, крылся новый этап военной службы. Не той, что с автоматом наперевес, а другой — тихой и невидимой.
Покинул Сектор. Отправился домой.
Лена встретила меня на пороге квартиры. Взглянула на лицо, на папку в руках из которой я больше половины материалов оставил на службе. Таскать «секреты» домой — запрещено!
— Что случилось, Максим? — спросила она, кладя руки мне на грудь. — Ты будто контуженный.
— Назначение, солнце, — ответил я, прижимая ее к себе. — Меня переводят. Новый отдел. Начальником.
Она отстранилась, заглянула в глаза. В них не было испуга. Только гордость. И легкая тень тревоги, которую она тут же спрятала.
— Это опасно?
— Нет, не думаю. Это совсем другой род службы!
Она довольно кивнула. Ее рука погладила меня по щеке.
— Ты справишься! — широко улыбнулась она. — Ты всегда справляешься, потому что ты — особенный!
Глава 4
Смена направления
Вашингтон. Лэнгли. Штаб-квартира ЦРУ.
Картер Брукс сидел в своем кабинете, уставившись пустым взглядом в окно. Погода сегодня была на редкость плохой, еще немного и хлынет дождь. В кабинете витал запах кофе и свежей выпечки, что совсем недавно принесла помощница.
На столе перед ним лежал тонкий, всего на три страницы, отчет. Гриф «Совершенно секретно». Копия, разумеется. Обычно такие уничтожают сразу, после прочтения. Само собой оригинал еще раньше ушел вверх, на стол к директору ЦРУ Уэбстеру, и, судя по той гробовой тишине, что воцарилась в коридорах здания, судьба этого документа была предрешена.