Тут я развернулась по полной. Купила несколько мешков круп: гречку, овёс, муку для выпечки. Взяла несколько кусков сушёного мяса: говядину, оленину, даже какой-то странный, но приятно пахнущий кусок, который, по словам торговца, был демоническим деликатесом.
— Если Ларисс очнётся, пусть попробует, — сказал он, добавляя к покупке маленький мешочек с сушёными ягодами.
Я кивнула, поблагодарив его.
Дальше урвала яйца и даже немного молока. Это было настоящей удачей, потому что зимой молоко было редкостью, как сказал Сигурд. Взяла масло, немного мёда и несколько кусков сыра.
— Всё, теперь ты точно на несколько недель впрок запаслась, — проворчал Сигурд, пытаясь удержать всё в руках.
Я с довольным видом кивнула.
— Осталось только дойти до дома, не растеряв ничего по пути, — ухмыльнулась я.
И мы двинулись обратно, нагруженные так, будто тащили добычу с набега на какую-нибудь богатую деревню.
Когда мы вернулись, Ярл уже заканчивал свою работу. В доме заметно потеплело, стены теперь были обиты шкурами, пол тоже застелен мехами, а сквозняки практически исчезли. Я вдохнула глубже, воздух в доме уже не казался таким сырым и ледяным, как раньше.
— Ну, теперь другое дело, — удовлетворённо сказал Ярл, отряхивая руки.
Я оглядела комнату. Помимо утепления, он сделал множество полок, на которые я могла бы разложить только что приобретённые вещи, соорудил нечто вроде шкафа, отремонтировал стол, лавку и даже кровать, которая больше не скрипела при каждом движении.
— А это, — он кивнул на массивный деревянный короб в углу, — для продуктов.
— Это... прекрасно, — прошептала я, чувствуя, как тепло разливается не только по дому, но и внутри меня.
Дома действительно стало уютно. Не роскошь, но, по сравнению с тем, что было вчера, это казалось дворцом.
Сигурд тем временем с шумом сгрузил в угол все покупки и вздохнул, потирая плечо.
— Ну, вот и всё, хозяйка. Можно сказать, на ноги вас поставили, дальше сами справитесь.
Я достала мешочек с деньгами и щедро отсыпала каждому. Ярл молча кивнул, принимая плату, но по глазам было видно, что он доволен.
Сигурд же только усмехнулся и качнул головой:
— Не возьму.
— Почему? — нахмурилась я.
— Да потому что помогал не за монеты, — буркнул он, почесав щетину. — Нравишься ты мне. Да и Ларисс мне как-никак свой. Если он не предатель, то и сгинуть тут не должен.
Я смотрела на него несколько секунд, потом кивнула с благодарностью.
— Ладно. Но знай, если что — долг я помню.
— Вот и отлично, — ухмыльнулся он.
Я проводила их до выхода, а потом вернулась в дом. Он теперь действительно был моим. А ещё здесь, в тепле и уюте, лежал Ларисс, которому я должна была помочь выжить.
18
Я первым делом проверила мужа. Его жар, казалось, начал спадать, и даже глаза на мгновение открылись. Ларисс слабо улыбнулся, но тут же снова провалился в сон.
— Отдыхай, мой генерал, — прошептала я, поправляя на нём одеяла.
Отстранившись, оглядела себя и поморщилась. Чёрное платье с рубинами, некогда роскошное, теперь выглядело совсем неуместно: измятое, мокрое от снега и запачканное копотью. Я вытащила из сумки одно из новых шерстяных платьев, простое, но тёплое, глубокого тёмно-синего цвета. Натянула его, зашнуровала пояс, а сверху накинула меховые тапочки. Теперь было куда уютнее и теплее.
Затем, закатав рукава, принялась разбирать покупки.