– Эн, что случилось? – его манера речи была странной. Он говорил медленно, тщательно подбирая слова, будто они были разбросаны по липкому от алкоголя полу.
– Эй, ты что, пьян? – внезапно выпалила я.
– Эй, ты что, позвонила мне читать нотации? – так же неожиданно ответил он.
– Ди, я старше тебя на 10 лет. Имей совесть. Я хочу получить ответы на свои вопросы. Во-первых, ты что, реально пьян? Во-вторых, что у тебя происходит с моей сестрой?
Повисла тишина. Затем – тяжёлый вздох.
– Эн… чёрт, да, я пьян. И что? Мне уже можно, я закончил первый курс университета. Не без твоей помощи, конечно, но всё же. И с чего вдруг ты звонишь узнать о Ви? Она что-то сказала обо мне?
– Вы виделись, ты пьёшь, она молчит. Мне не нравится то, что происходит. Я звоню надрать тебе фантомную задницу, чувак.
– Господи, так никто уже не говорит, это кринж.
Я закуриваю сигарету и слышу, что он делает то же самое.
– Говорят, что теперь говорить слово «кринж» – это уже тоже кринж, – я смеюсь. Выдох – у него там, у меня здесь. – Послушай, Ди, я не шучу! Прекрати то, что происходит. Поверь, ни к чему хорошему это не приведёт.
– Эн, а ты когда-нибудь любила? – его вопрос повис в тишине между нашими затяжками.
– Ди, я замужем уже два года, – я выдохнула дым.
– Это не ответ. Любила?
Конечно, любила. И не раз.
– Я переживала первую любовь в каждых своих отношениях, – проговорила я, и сигаретный дым заполнил пространство маленького балкона, смешав тени в причудливый узор.
Кажется, этот момент возрождал во мне воспоминания. Воспоминания, которые я закрыла в глубинах своего сердца, спрятала под замок, поставила огромный камень, заколотила самыми большими гвоздями.
– Тогда ты, наверное, понимаешь, как мне сейчас больно, – выдохнул он почти шёпотом.
Я замерла. Понимаю ли я? Ещё как.
– Послушай, – мне хотелось бы как-то поддержать парня, но как? – у вас ведь уже ночь. Ничего хорошего после полуночи не происходит, поверь. Просто иди домой и ложись спать.
– Не переживай, с твоей сестрой всё в порядке, – он горько усмехнулся. – Она, как всегда, роскошно выглядит, мило улыбается… А вот если ты спросишь, как я, то думаю, мне реально фигово, Эн… Я надеялся, что первая встреча после расставания пройдёт для меня гораздо легче. Ты ведь наверняка знаешь детали… но всё же… – он вздохнул и замолчал.
– Ты справишься, Лапуля, – я старалась звучать ободряюще, но голос предательски дрожал.
– Спасибо. Пока.
Телефон потух так же внезапно, как и начался этот разговор.
Кто я такая, чтобы вот так звонить бывшему моей младшей сестры? Парню чертовски больно – это понятно не только по его не совсем вменяемому состоянию, но и по голосу.
Я легла на диван в гостиной и крепко обняла мою славную девочку Фи.
Восемь лет учёбы, пять лет в офисе – и всё ради того, чтобы в один момент понять, что твой мир давно рухнул, а никто и не заметил. Щенок тыкался в меня мокрым носом. Показатели, количество продаж, заработная плата – все эти термины просто стали горьким осадком на дне чашки, которую забыли помыть.
Я сидела с малышкой в обнимку: только я и французский бульдог в большой квартире. Моя капелька радости для души.
Всё изменилось после нашего переезда на новую квартиру. Люди любят повторять, что перемены – это всегда к лучшему. Но ведь это неправда. На самом деле это означает, что с тобой происходит нечто, чего ты вовсе не желал. Моё решение о переезде было отчаянным. Я устала морально и физически от того, как мы жили.
«Возьми собаку, тебе будет о ком заботиться, пока меня нет. Ты медленно сходишь с ума, с этим нужно что-то делать», – цитирую своего мужа. И в чём он не прав?
– Милая моя, ты самая замечательная, – пробубнила я ей на ушко, пока она сладко сопела возле меня. – Но я всё равно сойду с ума, с тобой или нет.