— А как силу почувствовали?
— Видеть стала то, что видеть не должна. Чувствовать, сны вещие. Смотрю: что не скажу — сбывается, слово плохое скажу вслед — человек споткнется. Вот и поняла тогда, что учиться надо язык за зубами держать, да силой управлять.
Я молчала пораженная бабушкиным рассказом. Он ещё раз подтверждал, что и у меня есть такая же сила.
— А чего это ты расспрашиваешь меня так подробно? Случилось чего, что ли?
И так мне захотелось ей обо всём рассказать. Она бы всё поняла, а может и посоветовала бы как дальше быть.
— Баба Тоня, я тоже призраков видеть стала… Мама недавно рассказала, что в детстве меня к целительнице водила…
— Знаю я эту историю. И Валю эту знала, я ведь раньше тоже в том посёлке жила.
— Валю?
— Бабку ту, которая к тебе подселилась. Вредная она была, а к старости совсем обозлилась на всех. Я же говорила тебе, ответственное это дело лечить: ты лечишь, а оно тебе же ещё и худом отзывается. А не будешь силу свою использовать, так зачахнешь. И так, и так всё одно — загнёшься в конце.
— Ну у вас же получилось.
— Потому что плохие дела делала, вот и жива до сих пор.
— Плохие дела? — удивлённо спросила я.
— Да. Хоть и стыдно признаваться, а баланс поддерживать приходилось. Кому-то помогла, значит надо кому-то плохое сказать. Вот так и жила. Правда старалась плохое только нехорошим делать, а всё одно совесть мучила.
— Значит у меня тоже сила есть?
— Ну раз видеть стала, стало быть появилась.
— Вот только мне инструкций не дали как этим пользоваться.
— Ах, ты про это!
В темноте послышались возня на кровати, баба Тоня встала, включила светильник, который висел на стене, и прошлёпала босыми ногами к старому комоду, покряхтывая наклонилась к нижнему ящику. Через несколько секунд извлекла оттуда старую черную книгу и протянула мне.
— Вот держи, передаю по наследству. Мне она больше не нужна — наизусть уже знаю.
Не веря своим глазам я села и протянула руки, принимая подарок.
— Спасибо!
— Мне уже не поможет.
— Что? — я удивлённо моргнула, не понимая о чём она говорит.
— Спасибо — спаси бог. Бог вряд ли простит и спасёт ведьму. Это путь только в один конец.
— Баба Тоня, а расскажите про первое колдовство. Оно, наверно, запомнилось ярче остальных?
Уже прошла неделя с того дня, как она подарила книгу заклинаний. И я изо дня в день знакомились с новыми заговорами, травами, знаками и заклятиями. Вот только про желтоглазого незнакомца никак не решалась спросить.
Бабушка возилась с тестом, вымешивала его для пирога.
— Помню. Конечно, помню.
— Расскажи, — я обожала слушать её истории о молодости.
— Девчонка, я ещё была. В аккурат как тебе сейчас. Пришла ко мне сестра двоюродная и плачет, причитает. Муж повадился к соседке ходить. Жалко её стало, вот я и сказала ей тогда, чтобы не переживала. Разберёмся. Ну я и разобралась, — тонкие губы изогнулись в усмешке.