Я полюбовался на её ямочки.
— Спасибо, Максим.
Мы договорились, что Наташин компьютер я перенесу в свою комнату сразу же по возвращении в общагу.
Но скорректировали этот план.
Потому что поднялись на шестой этаж общежития и увидели стоявшего в коридоре Корейца. Тот топтался около своей двери в брюках с наглаженными стрелками, в сером пиджаке и в пластмассовых синих шлёпках. Держал в руке полотенце.
Кореец заметил меня, радостно улыбнулся и сказал:
— Привет, Максим. Представляешь, опять оставил в комнате ключ. Поможешь?
Глава 11
Подробности произошедшего Кореец («Сергей Иванович Верещагин, 27 лет») рассказал Наташе, пока я переваривал его просьбу. Он сообщил Зайцевой, что вернулся в общежитие — прогулялся в умывальную комнату (показал нам свои чисто вымытые ладони). Потом «сунул руку в карман» и вспомнил, что бросил ключ на столе, куда положил и свою папку. Кореец виновато развёл руками, снова улыбнулся. Ответил на Наташин вопрос «что теперь делать»: описал ей уже известный мне способ попадания в комнату с крыши через окно — при помощи пожарного рукава. В ответ на слова Зайцевой о том, что такой способ опасен, Кореец заявил: он уже много раз проделывал этот трюк. Ещё он уточнил, что я ему однажды помог — поэтому «всё знаю».
Кореец поднял на меня глаза и спросил:
— Поможешь, Максим?
Я услышал голоса поднимавшихся на шестой этаж студентов. Уже представил, как сейчас делегирую им задание Верещагина. Сошлюсь на то, что обещал перенести в свою комнату Наташин компьютер…
Зайцева воскликнула:
— Ребята, но это же опасно! Вы с ума сошли⁈
Лучше бы она этого не говорила.
Я кивнул и ответил… Корейцу:
— Разумеется, помогу. Не вопрос.
Почувствовал, как сердце в груди ускорило ритм.
Кореец повесил на ручку двери полотенце и пиджак, отправился к пожарному щиту. Я понаблюдал за его действиями. Изобразил на лице спокойствие и безмятежность.
Кровь пульсировала у меня в висках: отсчитывала секунды до того, как я (добровольно!) полезу на крышу шестиэтажного здания. Словно прошлой прогулки по крыше мне не хватило.
— Ребята, не делайте этого! — сказала Зайцева. — Это же… сумасшествие! А если вы свалитесь вниз? Вы же разобьётесь!
Кореец улыбнулся и махнул рукой.
— Сейчас на крыше сухо, — сказал он. — Даже ветра нет. Это будет, как прогулка по тротуару. Идём с нами — сама в этом убедишься.
— С вами? — переспросила Зайцева. — На крышу?
— Ты там ещё не была? — удивился Кореец. — Там романтично. Ночью. Под звёздами.
Он подмигнул Наташе, повесил на плечо пожарный рукав. Махнул мне рукой и направился к пожарной лестнице. Я бросил джинсовку на перила и последовал за ним: на прямых ногах, затаив дыхание.
Пульсация в ушах скрыла от меня Наташины шаги. Я сообразил, что Зайцева последовала за нами, только когда очутился на пожарной лестнице. Кореец к тому времени уже шагнул на покрытую металлом крышу.
— Наташа, ты-то куда? — спросил я.
Прикинул: заметила ли Зайцева моё волнение?
Наташа решительно махнула рукой и сообщила: