Телосложение у него не менее безупречное. Он сидит напротив меня в идеально скроенном костюме, который только подчеркивает часы, проведенные в зале. Его отец и мой дружат десятилетиями, и, хотя для меня он скорее, как брат, отрицать его мужскую привлекательность невозможно.
Холли вопросительно смотрит на него и тут же отвлекается не меньше, чем он сам, когда Дэймон проводит рукой по подбородку, прежде чем снова заговорить.
— Это просто… — он качает головой. — Можешь повторить всё это еще раз?
— Какую именно часть? — фыркаю я.
Холли подается вперед и опирается локтями о стол. О тот самый стол, который мы заняли много лет назад, решив сделать это место одним из наших ритуалов.
— И ты не думала, что можешь нам довериться?
— Я уже объясняла вам эту часть. Истон…
— Я понимаю, — говорит Дэймон.
— А вот я, блядь, нет, — тут же парирует Холли. — Мы всегда рассказывали друг другу всё. По крайней мере раньше. А сейчас я даже не знаю, что происходит в вашей повседневной жизни, и, если честно, у меня ощущение, что это волнует только меня.
— Прости, — говорю я, уже, кажется, в десятый раз. — Мы сами не понимали, во что это выльется, пока это не произошло. А дальше всё понеслось.
— Понеслось так, что вы сыграли свадьбу, на которой нас не было, — шипит она.
— Пожалуйста, — хрипло прошу я.
Дэймон резко одергивает ее, произнеся ее имя. Он удивительно спокоен, если учесть, как он ненавидел моего бывшего и никогда не стеснялся говорить об этом вслух.
— Мне нужно, чтобы вы сделали невозможное и простили меня как можно быстрее. Пожалуйста. Я…
Дэймон наклоняется вперед и накрывает мою руку своей.
— Мы с тобой, Нат.
Он поворачивается к Холли, приподняв бровь.
— Я злюсь. Нелогично, иррационально, — вздыхает она. — Но пока я это отпущу. Пока. Учти, позже тебе это аукнется. Скорее всего, мелкими подколами на протяжении многих лет.
— Я выдержу, — говорю я. — Все до одного. Думаю, вы двое — единственные люди в моей жизни, кто со мной вообще сейчас разговаривает.
— И что теперь? — спрашивает Дэймон.
— Не знаю. У нас с Истоном есть план, но что касается родителей… сейчас я слишком труслива, чтобы звонить или писать кому-то из них. Завтра я просто появлюсь в филиале Hearst Media и буду надеяться, что меня там ждет руководство. Я понимаю, что веду себя как трусиха, но мне просто нужно немного времени, чтобы снова собраться.
— Я до сих пор не могу поверить, что дядя Нейт был помолвлен со Стеллой Краун. Вау.
— И я тоже, — задумчиво отвечает Дэймон. — Вообще не представляю их вместе. — Он ухмыляется. — Хотя, если честно, тебя с Истоном я тоже представить не мог.
— А они были. И мы, черт возьми, тоже, — говорю я, поднимая руку с кольцом. — И всё было идеально, пока нас не утащило скрытое течение.
— Но у вас с Истоном всё в порядке? — осторожно уточняет Дэймон.
Я киваю, стараясь верить, что это так.
— Ты не собираешься сказать ему, что делает дядя Нейт? — спрашивает Холли.
— Не сейчас. Думаю, это взбесит его настолько, что он прилетит сюда ради еще одной стычки с папой. Я не хочу рисковать.
— Ты думаешь, с твоими родителями всё в порядке? — спрашивает Холли, и сама мысль о том, что они всё еще в ссоре, снова ранит.
— С ними всё будет нормально, — говорит Дэймон.