Джоэл, уже стоящий за спиной отца, вмешивается:
— Рид, мне вызвать охрану?
— Нам всем нужно выдохнуть, — говорю я настолько спокойно, насколько вообще способен, и снова упираюсь ладонью отцу в грудь, на этот раз сильнее.
Отец делает шаг назад, не сводя с Нейта взгляда, в котором презрение почти переходит в ненависть.
— Рид? — снова подает голос Джоэл.
— Нет, — рявкает отец. — Всё нормально.
Натали невольно вздрагивает на месте, слезы льются всё быстрее, а я так и не могу поймать ее взгляд.
— Что ты, мать твою, натворил?! — рявкает отец, и я вижу, что вся его ярость обращена на меня.
— Я влюбился, — отвечаю я без малейших извинений.
Нейт подает голос, не отрывая взгляда от отца, но обращаясь уже к Натали:
— Натали. Мы уходим. Сейчас же, блядь.
— Что? — выдыхает она, встречаясь со мной взглядом, и я резко перевожу внимание на Нейта.
— Этого не будет, — говорю я и рублю воздух ладонью.
— Они аннулируют брак, — бросает Нейт отцу.
— Полностью, блядь, согласен, — с той же яростью отвечает отец, и они оба явно стараются перевести конфликт подальше от Натали и меня.
— Ни хрена, — рявкаю я между ними. — Мы не какие-то влюбленные подростки, и это не бунт против вас. Вам обоим стоит разобраться с собой и со своими личными проблемами. Ваша история — прошлое. А мы с Натали, наш брак — это здесь и сейчас. И, черт возьми, это реальность.
— Вот как? — отец поворачивается ко мне. — Тогда в этой самой реальности, сынок, у твоей матери чуть не случился, мать его, приступ.
Из меня словно выбивают весь воздух. В ту же секунду враждебная поза Нейта рушится, он резко переводит всё внимание на отца и говорит:
— Господи, Рид… с ней что-то случилось?
— Истон, — хрипло зовет Натали, на мгновение перехватывая мое внимание, пока смысл слов отца оседает тяжелым грузом у меня в животе. — Что значит, приступ?
Отвечает отец, и неожиданно не только мне, но и Нейту:
— С ней всё в порядке. Но в качестве меры предосторожности ее почти двое суток держат под седативами, — он снова впивается в меня взглядом. — Потому что ее невозможно было успокоить.
Два дня. У нас не было ни единого шанса что-то изменить.
— Как и твою мать, — добавляет Нейт, обращаясь к Натали. Она беспомощно переводит взгляд между нами троими.
— Какой приступ, Истон? — в панике настаивает она. — Что это зна…
— У нее редкое заболевание, — перебиваю я, прежде чем отец успевает ответить. — Когда она слишком сильно расстраивается, испытывает колоссальный стресс или резко меняется температура или всё сразу, — это может спровоцировать инсульт.
— Инсульт? — ее глаза расширяются, слезы льются без остановки.
— За всю жизнь у нее было всего три приступа, — быстро добавляю я, стараясь смягчить удар. — Два — еще до моего рождения, один — когда я был ребенком. Самый легкий. Сейчас она принимает лекарства…
Отец обрывает меня, и в его голосе звучит прямое обвинение:
— И этот приступ, едва не стал четвертым, блядь. После заголовков о том, что ее единственный сын женился на дочери ее бывшего гребаного жениха!