— Секунду, — отмахиваюсь я.
— Пристегнись. Сейчас же, — рявкает он.
— Расслабься, — отрезаю я и перевожу взгляд на остальных. — Ну что… — прищуриваюсь, глядя на каждого по очереди. — Рассказывайте про девушек, — многозначительно шевелю бровями. — Как ваши успехи?
Эл-Эл улыбается первым.
— Ага! — тут же указываю на него пальцем.
Поймав взгляд Истона как раз в тот момент, когда у него напрягаются ноздри, Тэк берет слово, а Сид ухмыляется, глядя в окно.
— Ну и что ты хочешь узнать? — спрашивает Тэк.
— У кого-нибудь из вас есть дама, которая ждет дома?
— Да ни хрена, — отзывается Тэк. — И слава богу, потому что…
— Даже не вздумай это заканчивать, — предупреждает Истон, прекрасно понимая, куда я клоню.
А раз это сейчас мой единственный щит, я иду в наступление.
— Ну же, Тэк, продолжай, — тяну я.
— Я разведен, — спокойно говорит Сид, постукивая по безымянному пальцу без кольца. — На данный момент никаких «птичек», и это я тоже считаю плюсом.
— А вы, сэр? — обращаюсь я к Эл-Элу, чья внешность способна испарять трусики по всему миру. Мужчина ослепительно красив — хотя, конечно, не Истон Краун.
Губы Эл-Эла изгибаются в лукавой улыбке.
— Я джентльмен.
Даже Истон не выдерживает и с громким:
— Да ладно, чушь собачья! — протестует, когда в сторону Эл-Эла летит всё, что удалось выхватить с пола фургона. В разгаре этого хаоса пальцы Истона незаметно скользят вверх по моему бедру, и я тут же поворачиваюсь к нему, ожидая совсем другой реакции. Вместо этого ловлю предупреждающий взгляд, без права на обсуждение.
— Пристегнись. Сейчас же. Или я, блядь, останавливаюсь, — бросает он.
— Господи, — бурчу я и снова поворачиваюсь вперед, застегивая ремень.
Через пару секунд в плейлисте Истона звучит Only You Know Dion, редкий для него повтор. Он делает погромче, не отрывая взгляда от шоссе, пока сзади продолжается безумие.
— Что за хрень, золотая коллекция? — морщит нос Тэк.
— Именно. Классика. Слушай и, может, чему-нибудь научишься. И вообще, если ты не за рулем, не ной, — отрезает Истон своим фирменным категоричным тоном.
Похоже, это одно из правил фургона.
Не проходит и пары минут, как я теряюсь в мелодии и в воспоминании о тех минутах, когда он играл для меня в отеле. Несколько секунд мысленно обвожу взглядом его профиль. Он не смотрит на меня, но я знаю: он здесь, со мной.
Когда песня заканчивается, его взгляд наконец скользит ко мне.
— Твой первый раз, — тихо говорю я, только для нас двоих. — Жаль, что я не записала.
— Так даже лучше, — отвечает он, и я понимаю, запись лишь испортила бы ту близость, что хранится в памяти.
Я медленно киваю.
Меня тянет к нему с такой силой, что хочется просто рвануть вперед, даже несмотря на назойливое жужжание мыслей про «группи», крутящееся где-то на задворках сознания. Я не могу перестать смотреть на него. И не перестаю, миля за милей. До тех пор, пока Тэк не упирается татуированными руками в оба подголовника и не протискивает голову между нами.