— Грейс! ВЫЙДИ СЮДА!
Он в бешенстве.
Если я выйду из этой комнаты — будет больно. Новый прилив страха пробегает по коже, как тысячи иголок. Дыхание сбивается, становится рваным, хриплым. Дверь дрожит под очередным ударом кулаков и приступом ярости. Я хватаю сумку.
Дверь распахивается с треском.
Он застывает, взгляд цепляется за недоупакованную сумку. Джоэл входит в комнату медленно, как хищник.
— Ты что, с ума сошла?
Я роняю сумку на кровать, закрываю глаза и прижимаю руки к груди, сжимая в пальцах кулон, что подарила мне мама.
Господи, если ты меня слышишь...
Глава 2
Мак
Я не могу пошевелиться.
Тяга держит тело в неподвижности. Зато разум — куда менее счастлив. Почти две недели прошло, а последнее, что я сказал своему напарнику, крутится в голове без остановки.
«Успокойся, Дейзи, это, наверное, подмога.»
Лиам Арнольд Батлер — Баттерс, как мы его называли.
Называли.
Мои последние слова стоили ему времени. А потом и жизни.
Я сжимаю челюсти, пытаясь утопить эту мысль — нет, это воспоминание. Я буду помнить его с его озорной улыбкой и приколами на базе. А не так, как он выглядел, когда его вытащили из-под трёхэтажной груды камня — безжизненным, обвисшим.
Из кресла у моей кровати доносится тяжёлый вздох. Сквозь белые жалюзи, что закрывают широкие окна моей слишком бледной, слишком больничной палаты, проникают полосы утреннего света. Ма шевелится во сне. Волосы растрепаны, рубашка измята.
— Проснулся? С добрым утром.
Папа влетает с двумя стаканами кофе, будто пришёл на вечеринку. Уверен, у них тут своя ротация. С момента, как меня положили сюда, не было ни дня, чтобы я остался один. Они меняются каждые три дня. Сегодня — последний день родителей. К полудню, скорее всего, приедут Хаддо и Аддс, чтобы сменить их.
Я люблю свою семью. Правда. Но вся эта суета и жалость уже сводят меня с ума. А ведь я — последний человек на земле, кто этого заслуживает.
— И чего ты такой хмурый, Маки-бой?
Я поворачиваю голову на голос старшего брата.
Лоусон.
— Привет, Лоус.
— Ну, — он приближается к кровати с кофе в руке, как и родители. — Ты, конечно, не пожалел усилий, чтобы откосить от работы.
— Отвали, Лоус.
— Язык, Макинли, — бурчит Ма с усталой улыбкой.
— Рида уже видел? — спрашивает Лоус.
— Первое лицо, которое я увидел.