«Требуется физическое подключение», — проговорил Симба. «Протокол подключения защищенный, нужна авторизация. Нам бы сейчас очень пригодился планшет Крона», — несмотря на то, что голос ассистента звучал виновато, я разозлился.
«А раньше сказать не мог?».
«Мне нужно было провести попытку подключения».
Я выругался.
— Что такое? — Рокот приподнял бровь.
— Кажется, кина не будет, — пробурчал я.
— Какие-то проблемы? — Рокот внимательно посмотрел на меня.
— Да, — кивнул я. — Здесь требуется физическое подключение с помощью специального оборудования «ГенТек». У меня был инженерный планшет, но он… В общем, потерял я его, — рассказывать о своей «смерти» мне сейчас решительно не хотелось, а «длинными историями», полагаю, здесь за сегодня все сыты уже по горло.
— Потерял? Не в башне «ГенТек», случайно? — Рокот приподнял бровь.
— Ну да, в ней, — непонимающе кивнул я.
— Этот?
Жестом фокусника Рокот извлек из «мародерки» инженерный планшет в защищенном корпусе с логотипом «ГенТек».
Я уставился на него.
— Откуда он у тебя?
— Нашел, — с усмешкой проговорил Рокот. — Я там, знаешь ли, вновь обретенного друга потерял. Это произвело на меня такое гнетущее впечатление, что я его даже сдать забыл по возвращении. Оказывается, не зря…
— Не зря… — задумчиво проговорил я. Взяв планшет, я достал из паза кабель, поискал разъем за ухом у геллхаунда… Псина беспокойно заворчала. Кажется, у нее не самые приятные воспоминания от этой процедуры, но тут ничего не поделаешь. Потерпи, блохозавр…
Я потрепал хаунда по загривку и вставил другой рукой разъем в порт. Есть!
«Подключаюсь», — прошелестел в голове Симба. — 'Авторизуюсь… Успешно. Анализ информации… Нашел. Вывести на экран?
«Выводи», — согласился я.
Экран мигнул. Появилась картинка — странная, низкая, с искаженной перспективой. Мир глазами пса.
Овраг. Кусты. Вход в убежище. У входа лежат трупы. В стороне, на вершине холма — большой грузовой мультикоптер. Десантный люк открыт, рядом — вооруженная охрана. Люди, логотипы корпорации на форме заметны даже отсюда. Корпораты… Ну, кто бы сомневался…
Движение. Пес зафиксировал силуэты у выхода из тоннеля, идентифицировал цели, разметил красными квадратами… И сдвинулся в сторону, скрываясь от взгляда тех, кто выходил из убежища. Заняв, при этом, гораздо лучшую наблюдательную позицию.
— Сюда, — сказал я. — Смотрите.
Народ подтянулся ближе, столпился вокруг, вытягивая шеи, кто-то тяжело дышал мне в затылок…
На записи людей выводили из тоннеля. Не выводили — выталкивали. Стволы в спины, окрики. Фигуры в черной броне «ГенТек»…
— Это Север, — выдохнула Лиса. — Вон, видите…
Я видел. Седая борода, массивная фигура, руки стянуты за спиной, хромает. Его пихнули — он споткнулся, но удержался на ногах. Поволокли к коптеру.
— А это Крон, — голос Шило дрогнул. — Точно он. Лицо разбитое…
Крон. Худой, сутулый, тоже связанный… Кровь на щеке, глаз заплыл… Ну, хотя бы живой.
По комнате шелестели голоса. Люди узнавали своих. Называли имена.