— Рейнар. Тише.
Он замер — и это было самым страшным доказательством: он слышит.
— Ты пойдёшь с нами, — сказал Рейнар столичному. — Ты расскажешь всё. Громко. С именами.
Столичный усмехнулся.
— Совет услышит то, что захочет услышать.
— Тогда мы заставим их захотеть, — сказала Валерия, прижимая Рысика. — Дом Аурин любит витрины? Отлично. Будет витрина. С их грязью.
Рейнар посмотрел на неё так, будто не верил, что она стоит на ногах.
— Ты… ты помнишь?
Валерия моргнула. И вдруг поняла, что в голове у неё нет нескольких кусочков — как будто кто-то вырезал страницы. Она знала, как зовут Рейнара. Знала Грету. Знала Лиса. Но если попытаться вспомнить “до” — там было гладко, как на вылизанном камне.
— Я… — Валерия сглотнула. — Я помню тебя.
Рейнар резко вдохнул, будто это было больно.
— Достаточно, — глухо сказал он и поднял её на ноги сам, будто не доверял полу.
Они выбрались наружу уже в сумерках. Воздух пах мокрой травой и дымом далёкого пожара, который теперь был не угрозой, а воспоминанием.
Шэн встретил их у входа в подземелье, с солдатами.
— Господин генерал!
— Двое, — коротко сказал Рейнар. — Живые. Вяжи. И… — он кивнул на Рысика, — детёныш с нами.
Шэн увидел Рысика и выдохнул так, будто сам был на грани.
— Слава… — он осёкся, посмотрел на Валерию. — Леди… вы…
— Жива, — сказала Валерия и попыталась усмехнуться. Получилось криво. — Опять.
Шэн хотел спросить что-то ещё, но в этот момент по дороге к приюту показались огни.
Факелы. Кареты. И впереди — знакомая, слишком правильная походка.
Лорд Северан Аурин.
— Как вовремя, — прошептала Валерия.
Рейнар выпрямился так, будто боль в костях стала второстепенной.
— Он пришёл за результатом, — сказал он тихо. — Получит.
У ворот приюта Северан остановился, увидел связанную “добычу” и Рысика на руках у Валерии. Его улыбка дрогнула на самый короткий миг — ровно настолько, чтобы это стало заметно.
— Генерал, — произнёс он мягко. — Леди. Какая… бурная ночь. Вы не должны были рисковать.
— Мы не рисковали, — холодно сказала Валерия. — Мы возвращали украденное.
Северан посмотрел на Рысика.
— Детёныш цел?