Ловок, сука…
Наскочит и быстро отпрыгнет. Первый не такой был.
Ладно, пора и с ним заканчивать.
Только северянин опять на меня бросился, я чуть в сторону сдвинулся, навстречу ему шагнул. Тот понял, что поймал я его. Правильно, кстати, понял.
Я ударил. Мой нож с лёгкостью вошел ему между ребер, достал куда надо.
Тут уже мне пришлось отпрыгнуть.
Умирающий, чуть-чуть мне горло всё же не располосовал.
Хорош был, собака, но я — лучше.
Всё. Оба северянина лежали на снегу. Теперь и их мешкам можно ревизию провести.
Земляки, убитых мною, возражений не высказали, когда я им об этом объявил. Это с живого ничего нельзя брать и в его вещах копаться, а сейчас — пожалуйста. При желании, я их добро мог теперь в свою собственность перевести.
Мне же чужого не надо, хотя теперь, всё из их мешков и карманов стало как бы ничьим, безхозяйственным.
— Где их вещи? — кивнул я на лежащих.
— Пошли, — поманил меня рукой один из северян. — Там.
Там, так там. Могу и пройтись.
Далеко идти не пришлось, с десяток шагов, не больше.
— Вот. — указал нелюдь на две торбочки.
— Раскрой, — вежливо попросил я. Нарываться не стоит, ни к чему это.
Синемордый себя ждать не заставил.
— Вытряхивай.
Не стоит самому лишнее трогать. Можно враз какую-то заразу подцепить.
Северянин вытряхнул содержимое торб.
В первой ничего моего не нашлось, а вот во второй, среди всякого-разного, мой сверточек и лежал.
— Это моё. — указал я на посылку в Речной.
— Докажи, — вполне обоснованно попросил северянин. Кстати, тоже вежливым тоном.
Я посмотрел на сверток, лежащий на снегу. Вроде, его не вскрывали. Вон, и пломбы не потревожены. Когда мне его шериф давал, посоветовал их не касаться, не ползать внутрь.
Теперь же, придется. Нужно мне обосновать, что это — моё.
— Там лекарство, — коротко ответил я.
— Открой. — северянин ногой толкнул ко мне сверток.
— Э! Поосторожнее! — я сдвинул брови.
Делать нечего, придется открывать. Хотя, очень мне делать это не хотелось.