Совсем.
Что, всё?
Получалось — так.
Я опять закрыл глаза, которые открыл за несколько моментов до этого. Затем — снова открыл. Нет, так и было — вода в емкости отсутствовала.
Стены цилиндра начали тускнеть и вскоре я сидел в темноте. Именно — сидеть, так как стоять я был уже не в силах.
Сверху ударил свет. Не только он. Что-то ещё и стукнуло по моим мокрым волосам.
— Вылезай.
Вылезай… Легко сказать…
— Хватайся.
А… Веревка. Ею мне по голове и прилетело…
Я поднялся на ноги. Голеностопные и коленные суставы отреагировали на это соответствующим образом.
Хватайся… Не могу я хвататься… Пальцы у меня не гнутся…
Северяне утянули веревку вверх, а вскоре сбросили мне её обратно, но уже с петлей на конце.
Что, на шею её сразу приладить? Ну, чтобы на следующем испытании не мучиться?
Такой вариант находящимся вверху не понравился. Мне было велено разместить петлю на груди, под руками.
Затем меня вытянули.
В отличии от окончания испытания на колесе, сейчас я находился в сознании. Физически — жив, но — негоден. Однако, на ногах стоял и даже медленно, пошатываясь, но мог идти. Правда, перед этим мне пришлось передохнуть у цилиндра, упершись в него спиной. Стенка его снаружи была совсем не скользкой и вполне себе это позволяла.
Я доковылял до Костыля и свалился на утоптанный снег. Упал — боком, и почувствовал, что что-то есть в кармане.
Что там такое быть может? Ничего же до цилиндра не было?
Я сунул руку в боковой карман комбинезона и обнаружил там… сверток. Тот самый, с лекарством, что дал мне шериф.
Не понял… Его же там не было! Откуда он взялся?
Во втором наружном боковом кармане, уже с левой стороны, нашелся и пищевой брикет, который я в первый день здесь в запас прибрал. Мол, пусть будет.
Его тоже, когда я шел на испытание, не было!
Что, северяне подложили?
Нет… Такое я бы заметил. Тот и другой карман были закрыты на липучки, так просто туда чужой руке не забраться!
Что-то здесь не то…
Крыша у меня поехала?
Я откусил от куска «мыла». Такая же гадость как вчера. Чудесно вернувшийся ко мне пищевой брикет лучше на вкус не стал. На запах — тоже.
Я сжевал найденное. Чуть не сказал — до последней крошки. Однако, это будет неверно — брикет не крошился, консистенция его была какая-то… пластилиновая.
— Молодца… — похвалил меня Костыль. — Могёшь… Меня из цилиндра за ноги приволокли…