Надо сначала силенок подкопить, а там — посмотрим.
Пилюлек Пузана я тоже лишился, а они мне сейчас очень бы не помешали. Попросить у Костыля? Нет, это — дохлый номер…
После того, как я поел, мне стало чуть-чуть лучше. Ещё кусок «мыла» сжевать? Наверное — надо.
— Костыль, не в службу, принеси мне поесть, — попросил я у лесовика.
Тот улыбнулся и протянул мне пищевой брикет. Он, оказывается, был у него уже наготове.
— Ешь. Знаю, сейчас это тебе надо.
Я поблагодарил мужика и его добрые дела взял себе на заметку. В случае чего я теперь ему отвечу тем же.
Трое суток, а под куполом день сменял ночь, как и снаружи, меня никто не беспокоил, а я восстанавливал силы. Ел, спал, немного похаживать начал.
Костыля тоже не трогали и он рядом со мной тем же занимался.
Всему приходит конец, вот и моему отдыху тоже.
— Этот?
— Этот.
Рядом со мной опять стояли два северянина.
Те же, или — другие?
Разобрать сразу трудно. Их, словно вырубленные топором лица, друг на друга очень похожи. Нет, конечно, имеются отличия, но — надо внимательно приглядеться.
По Каторге меня, за годы нахождения здесь, помотало, даже с некоторыми из них я знакомства завел. Да, к людям северяне не очень хорошо относятся, но везде имеются исключения. С одним таким я и столкнулся. Даже речь их я чуток понимаю, но об этом знать никому не даю. Не нужно все свои умения и знания светить, камешек за пазухой иной раз очень пригодится может.
— Точно, этот?
— Точно.
Последнее северяне уже по-своему произнесли, но я понял.
— У него?
— У него.
Это, они о чем?
Долго подумать мне не дали.
— Пошли.
— Куда? — я в упор посмотрел на говорившего.
— Туда. — северянин указал рукой в сторону колеса.
Что?
Опять?
У меня по спине мурашки пробежали.
— Не на колесо. Другое.