Челюсть Джареда напряглась, узкая мышца дернулась.
— Ты не узнаешь, пока не попробуешь.
— Я знаю. — В этих двух словах стало меньше мягкости. Они не были резкими, но были твердыми.
В его глазах мелькнул жар, злость.
— Значит, и во мне ты тоже уверена?
— Джер, давай не сегодня.
Он стиснул зубы.
— А когда, по-твоему, мне об этом говорить? Когда ты свалишь из города сразу после выпуска? Я пытаюсь поговорить с тобой об этом уже несколько месяцев.
Грудь сжало так, что стало трудно дышать.
— Я просто хотела, чтобы мы насладились этими последними неделями. Не влезали во что-то тяжелое.
Джаред долго смотрел на меня, челюсть ходила из стороны в сторону.
— А «тяжелое» — это значит, что для тебя все кончено. И ты, скорее всего, знала это уже несколько месяцев. Но вместо того чтобы повзрослеть и сказать мне прямо, ты просто избегала разговора. Спасибо.
— Джер… — Я потянулась к нему, но он выскользнул из моих рук.
— По крайней мере, тебе не придется говорить об этом сейчас. Мы все.
Он развернулся и ушел — прочь от вечеринки, к тропе, ведущей к дороге, где все парковались. Я могла только смотреть ему вслед.
По телу разлилось зудящее напряжение, кожа будто стала тесной. Потому что Джаред был прав. Я избегала этого разговора. Не хотела ранить его, не хотела видеть предательство в его глазах. И этим только причинила еще больше боли.
Чья-то рука легла мне на плечо, и я вздрогнула, резко обернувшись.
Лана, девушка одного из соседей Джареда, смотрела на меня добрыми глазами.
— Ты в порядке?
Ее взгляд скользнул по моим щекам, и только тогда я поняла, что плачу. Я поспешно вытерла лицо.
— Я сволочь.
Темные глаза Ланы потвердели.
— Не смей так говорить о моем друге.
Я хотела улыбнуться, но губы не слушались. Вместо этого наружу вырвалась правда.
— Я причинила ему боль.
— Ох, милая. — Она притянула меня к себе. — Он просто не мог увидеть, что у этого не было шансов.
Я шмыгнула носом, когда она отпустила меня.
— А ты видела.
Лана мягко улыбнулась, и кожа вокруг ее глаз собралась в морщинки.
— Два разных мира. И он ведь не предлагал встретиться посередине. Я люблю Джареда, но у него всегда либо по его правилам, либо никак. Он ни разу не задумался о том, чтобы пойти против воли отца.