— Никакой пощады.
Эйвери ухмыльнулась.
— Чертовски верно.
Чья-то рука легла мне на плечи, а губы коснулись виска.
— Привет, малышка.
Я откинула голову, чтобы взглянуть на знакомое лицо. Янтарные глаза в обрамлении темных ресниц. Светло-каштановые волосы, выгоревшие прядями от постоянного солнца и тенниса. Я улыбнулась Джареду и потянулась к его губам.
Поцелуй был теплым и привычным. Легким, без давления. Я позволила ему углубиться, надеясь на искру. На огонь. Его не было.
Джаред отстранился, поцеловал кончик моего носа и посмотрел на сестру.
— Привет, Эйвс. Вот это сюрприз.
— Исполняю последнее студенческое желание сестры.
Джаред рассмеялся.
— За такое точно начисляют очки в раю.
Губы Эйвери дернулись.
— Я вижу Карли. Пойду поздороваюсь.
— Помни, — крикнула я ей вслед. — Никаких напитков от случайных мужчин, просто говори «нет» наркотикам и не бери конфеты у незнакомцев в фургонах.
Она показала мне средний палец и направилась к своей сокоманднице.
Джаред усмехнулся, и знакомая вибрация его смеха скользнула по мне. Но ни приятной дрожи, ни намека на что-то большее.
— Ты и правда творишь чудеса, раз смогла затащить ее на такое, — сказал он.
— Думаю, нам стоит пойти за ней. Кто знает, в какие неприятности она может вляпаться.
Он притянул меня к себе, обняв.
— А можешь остаться здесь со мной.
Я подняла голову, глядя на его красивое лицо.
— Могу.
Я позволила шуму людей и музыке увлечь меня, жару костра и предвкушению завтрашнего дня. Джаред повел меня к компании — несколько его соседей по теннисной команде и их девушки, с которыми я подружилась за последние полтора года.
Мы болтали о выпуске и поездках, которые некоторые планировали после церемонии. Легко, непринужденно, но с ощущением возможных перемен.
Губы Джареда едва коснулись моего уха.
— Ты думала о Нью-Йорке?
У меня внутри все оборвалось. Жизнь Джареда была распланирована с того момента, как его отец узнал, что у него будет сын. Финансы, работа в отцовском хедж-фонде в городе. Даже теннис входил в список допустимых увлечений — наряду с гольфом и ракетболом.
В колледже Джаред позволял себе больше свободы. Ходил со мной в походы, ездил к озеру. Но стоило ему оказаться рядом с отцом, все менялось. Он строго держался в рамках.
— Нью-Йорк — не для меня. — Я сказала это тихо, будто мягкость могла притупить боль.