Горенков усмехнулся шутке и повёл нас дальше. Через пятнадцать минут мы уже остановились у нужной вывески: «Артефакты, амулеты, магические принадлежности. И.К. Митрофанов».
Мишка на этот раз остался снаружи. Причём сам вызвался. Не исключено, что и здесь он кому-то задолжал. А может, ему просто этот Митрофанов не нравится.
– Нам нужны кристаллы-накопители, – сказала Елизавета, подойдя к прилавку. – Для целительской практики.
Там сидел худой мужчина средних лет и что-то чертил в тетради пером, обмакивая его в чернильницу.
– Какой ёмкости? – спросил Митрофанов, даже не поднимая на нас взгляда.
– Средней. Пятьдесят-семьдесят единиц. Два, если возможно.
Митрофанов выдвинул ящик под прилавком и достал бархатный футляр. Раскрыл. Внутри лежали три кристалла размером с грецкий орех – два бледно-голубых и один зеленоватый.
– Кварцевые, шестьдесят единиц каждый. Зарядка стандартная – от любого мага второго круга и выше. Голубые по двадцать пять рублей, зелёный – тридцать. Он чуть стабильнее, меньше потерь при передаче, – объяснил продавец.
Двадцать пять рублей за камушек. Ну и цены!
А с другой стороны, куда деваться? Эта лавка здесь одна. И Горенков по пути сюда предупреждал, что торговаться бесполезно.
Елизавета взяла один из голубых кристаллов, сжала в ладони. Прикрыла глаза. Через пару секунд кристалл чуть заметно засветился.
– Чистый, – одобрительно кивнула она. – Хорошая огранка. Потери – не больше пяти процентов.
– Четыре, – поправил Митрофанов. – Я сам гранил.
– Берём два голубых, – решил я.
Пятьдесят рублей. Больно, конечно, для моего бюджета. Но без них Лиза к концу первого рабочего дня свалится без сил. А целительница в обмороке – не лучшая реклама для санатория с кабинетом лекаря.
– Ещё вопрос, – указал на витрину я. – Диагностическая линза у вас есть?
Митрофанов впервые проявил что-то вроде интереса.
– Есть. Одна, – он достал из-под прилавка плоский кожаный футляр.
Внутри лежал монокль – с виду обычный, но стоило присмотреться, и становились заметны тончайшие руны, выгравированные по ободку стекла.
Елизавета осторожно взяла линзу, поднесла к глазу и посмотрела на меня.
– Ох, – тихо выдохнула она. – Всеволод, ты… У тебя весь магический контур зелёным светится. Я такого никогда не видела.
– Это друидическая аура, – Митрофанов впервые посмотрел на меня с настоящим интересом. – Редкость. Давно друидов в наших краях не было. Я, признаться, думал, что последний друид в губернии лет двадцать как помер.
Ну спасибо, утешил.
– Сколько за линзу? – спросил я, пока Елизавета разглядывала через неё всё подряд: свои руки, стены, даже самого продавца.
– Сорок пять рублей.
Я быстро посчитал в голове.
Тридцать два Прохорову, рубль двадцать за долг Горенкова. Пятьдесят за кристаллы. Сорок пять за линзу. Итого уже сто двадцать восемь рублей с копейками потрачу, а ещё мебель не заказана.
– Тридцать пять, – вопреки всем советам Горенкова я решил испытать удачу.
– Сорок, – не моргнув, ответил Митрофанов.
– Тридцать восемь. И я к вам вернусь, когда мне понадобятся расходные кристаллы. А нужны они регулярно.