– Довези меня до опушки. Дальше сам скачи в Васильевку, поднимай мужиков. Вёдра, лопаты, всё что есть. Быстро!
– А вы куда?!
– В лес, – бросил я.
Возница посмотрел на меня как на сумасшедшего. Впереди полыхало, дым стелился между стволами, а я собирался туда лезть. Но спорить не стал – только перекрестился и погнал лошадь.
До опушки мы добрались минут через десять. Я спрыгнул с повозки, не дожидаясь остановки.
Побежал со всех ног. Хотя тело всё ещё мутило. Запах гари усиливался.
Вскоре я нашёл место, откуда всё началось. Горело широкой полосой. Метров тридцать в длину, может, больше. Огонь шёл по земле, пожирая сухую хвою, мох, валежник. Нижние ветви елей уже занялись – хвоя вспыхивала с треском, разбрасывая искры. Жар стоял такой, что кожу лица обжигало даже на расстоянии.
И огонь двигался в глубь леса. К третьей печати. К тому самому дубу, который я подпитал своей силой неделю назад.
Если печать сгорит, весь восточный барьер рухнет. Аномалия хлынет на мои земли без всяких препятствий. Но если пожар не остановить, то до этого момента я не доживу.