– Почему? Может, их найти, выкупить обратно?
– Не поможет, – покачал головой Валерьян. – Духи привязаны к своей земле. К своему лесу, реке, болоту. Вдали от дома они слабеют. Чахнут. Год, может, два – и всё. Гаснут, как свечи на ветру.
– Выходит, я уже ничего не могу исправить?
– Не всё, – Валерьян присел рядом. – Но кое-что можешь. Этих вот вернул. И можешь сделать так, чтобы такое больше не повторилось на нашей земле.
Было печально осознавать, что сделанного отцом не вернуть. Но не настолько, как видеть тела духов в закупоренных банках.
Я хотя бы могу честно сказать, что сделал всё возможное для их спасения. И четырнадцать мне удалось спасти.
– Я стану сильнее, – кулаки невольно сжались. – Чтобы больше никто не посмел трогать моих духов!
– Тогда твой лес станет самым могущественным в этой империи, – печально улыбнулся Валерьян и исчез.
Встав, я побрёл к дому. В голове роились мысли, одна мрачнее другой.
Теперь я понимал, что мало обезопасить деревья от вырубки. Надо сохранить магию леса, которая таится в самой природе – в деревьях и духах. Вот чем на самом деле ценен этот лес. Своей жизнью.
Вернувшись в комнату, я вырубился без задних ног. А когда встал с утра, голова гудела – видимо, слишком много магии вчера потратил.
Однако бывало и хуже. Например, после переговоров с китайцами, которые длились тридцать часов без перерыва, я чувствовал себя примерно так же.
Но помимо усталости, чувствовал кое-что ещё. Будто тепла внутри меня стало больше. Словно лес вознаградил меня увеличением сил за вчерашний поступок.
Спустился на кухню. Там уже сидели все: Степан хлопотал у печи, Елизавета задумчиво помешивала чай, Архип уныло ковырял кашу. Обычное утро в поместье Дубровских.
– Доброе утро, барин, – Степан поставил передо мной тарелку. Мне досталась каша с вареньем. – Как спалось?
– Нормально, – я принялся за завтрак. – Сегодня у нас много дел.
Архип тут же напрягся. Видимо, ждал очередного задания по расчистке лечебницы.
– Ты, – я ткнул в него ложкой, – продолжаешь работать в лечебнице. Я выдам тебе семена и объясню, где их посадить.
Мошенник вздохнул, но кивнул. Уже знал, что здесь пытаться откосить от работы бесполезно.
– Степан, а ты ему поможешь. Вместе вы за день справитесь, – обозначил я.
– Как скажете, Всеволод Сергеевич, – кивнул слуга.
– Елизавета, а ты идешь со мной, – сказал я девушке.
– Куда? Я к тяжелой работе не приспособлена, барин, сразу говорю, – захлопала она глазами.
– Сперва в деревню, мне надо амулеты защитные раздать. Потом в город. Ты в травах разбираешься, вот и поможешь мне не продешевить.
– Как раз сегодня повозка из Васильевки через три часа отправляется, – вспомнил Степан.
Я это уже знал – расписание бричек висело на стене. Степан же сам его туда повесил.
– Отлично. Значит, успеем, – обрадовалась Елизавета.
После завтрака я собрал амулеты в сумку. В другую же положил все травы, что намеревался продать. Еле влезли.
А Елизавета уже с улыбкой ждала меня у выхода. Ещё бы, у неё кроме одного платья ничего не было, поэтому она так и рвалась в город – прикупить хоть какую-то обновку. Думаю, на это средства я выделю.
Мы двинулись по дороге к деревне. Утро выдалось ясным, солнце уже поднялось над кронами деревьев. Птицы заливались вовсю.