— А ты?
— Я полечу рядом. В драконьем обличье. Буду тебя сопровождать.
— Как почетный караул?
— Как жених, который не хочет ни на секунду отпускать невесту.
Бальный зал замка сиял огнями. Тысячи светильников, магических и обычных, отражались в хрустале люстр, золоте украшений и драгоценных камнях на гостях. Гостей было действительно много — Элис никогда не видела столько магических существ в одном месте.
Драконы в человеческом обличье — важные, величественные, с хищными глазами. Эльфы — изящные, холодные, красивые. Великаны — огромные, добродушные, с кружками пива в руках. Гномы — коренастые, бородатые, сверкающие золотыми украшениями. Даже пара грифонов в церемониальных доспехах.
Объявление церемониймейстера прозвучало как гром:
— Ее сиятельство, будущая леди Элис! В сопровождении его светлости лорда Игнатия и юного лорда Теодора!
Элис шагнула в зал, чувствуя на себе сотни взглядов. Она шла по красной дорожке, держа за руку Тэда (Искорку оставили в специальной комнате для питомцев — слишком жарко в зале), и старалась не смотреть по сторонам.
— Улыбайся, — шепнул Тэд. — Папа сказал, что невеста должна улыбаться.
— Я улыбаюсь, — сквозь зубы ответила Элис. — У меня просто лицо застыло от страха.
— Не бойся. Я рядом. Если что — подпалю.
— Тэд! Ни в коем случае!
— Ладно-ладно, пошутил.
Игнатий, уже в человеческом обличье, ждал ее у трона. Он подал руку, помогая подняться на возвышение, и тихо сказал:
— Ты справляешься отлично. Еще чуть-чуть — и начнутся танцы.
— Я боюсь танцев, — призналась Элис.
— А ты не бойся. Просто смотри на меня. Ни на кого больше.
Первый танец объявили после официальной части, когда все гости наговорили комплиментов, надарили подарков (Тэд был счастлив — ему досталось больше всех) и наелись угощений.
— Лорд Игнатий и леди Элис открывают бал! — провозгласил церемониймейстер.
Оркестр заиграл медленную, тягучую мелодию. Игнаций вывел Элис в центр зала, положил руку ей на талию, и они закружились.
— Смотри на меня, — шепнул он. — Только на меня.
Элис смотрела. В его золотые глаза, в которых отражались огни люстр, в его спокойное, уверенное лицо. И постепенно страх отпускал. Она перестала замечать сотни взглядов, перестала думать о том, правильно ли ставит ноги, перестала бояться опозориться. Остался только он. И музыка.
— Ты прекрасно танцуешь, — сказал Игнатий.
— Ты просто хорошо ведешь, — отозвалась Элис.
— Мы хорошая пара.
— Лучшая.
Она улыбнулась — на этот раз искренне, тепло, счастливо. И в этот самый момент…
— Ай!
Элис наступила ему на ногу. Каблук — трехдюймовая шпилька, на которой настояли эльфийки — вонзилась прямо в его ступню.