— Вот об этом я и говорю.
Подготовка началась на следующий же день.
— Элис! — Тэд ворвался к ней в комнату ни свет ни заря. — Вставай! Папа сказал, что сегодня первый урок полетов!
— Уроков? — Элис села на кровати, пытаясь сообразить, который час. За окном было серо и явно очень рано. — Каких еще уроков?
— Летательных! — Тэд уже тащил ее за руку. — Я буду тебя учить!
— Ты?
— А что? Я лучше всех летаю! Папа сказал, что я могу показать тебе азы, пока он занят делами.
Элис позволила себя вытащить из кровати, натянуть платье и дотащить до огромной террасы, выходящей прямо в пропасть. Там уже ждал Игнатий — в драконьем обличье. Огромный, черный, с красными переливами на чешуе, он переминался с лапы на лапу, явно нервничая.
— Доброе утро, — пророкотал он, и из его пасти вырвалось облачко пара. — Тэд сказал, что хочет участвовать в твоем обучении. Я подумал, что это хорошая идея.
— Ты в этом уверен? — Элис с сомнением посмотрела на Тэда, который уже вовсю превращался — уменьшался, покрывался золотистой чешуей, выпускал крылья. Через минуту рядом с ней стоял дракончик размером с небольшую лошадь. Тоже красивый, но явно неопытный.
— Я справлюсь! — заверил Тэд-дракон. — Садись мне на спину! Там есть специальное углубление, между крыльями. Папа, покажи!
Игнатий наклонил голову, и Элис увидела — действительно, между мощными крыльями у драконов было углубление, будто специально созданное для седока.
— Это для всадников? — спросила она.
— Для самых ценных, — ответил Игнатий. — Для тех, кого дракон готов нести по доброй воле. Не как добычу, а как… сокровище.
У Элис перехватило дыхание. Она подошла к Игнатию, положила руку на его теплую чешую.
— Я — твое сокровище?
— Самое ценное. — Он наклонил голову и осторожно, кончиком носа, коснулся ее щеки. — Залезай. Я покажу тебе небо.
— А как же Тэд? Он хотел учить.
— Тэд полетит рядом. Будет страховать.
— Я буду страховать! — подтвердил Тэд, нетерпеливо перебирая лапами. — Если что — подхвачу!
Элис посмотрела на дракончика, который был меньше Игнатия раза в три, и представила, как он будет ее «подхватывать». Картина выходила сюрреалистическая.
— Ладно, — сказала она. — Чему быть — того не миновать.
Она подошла к Игнатию, ухватилась за выступающий гребень на его шее и, подпрыгнув, кое-как взобралась на спину. Углубление между крыльями оказалось удивительно удобным — будто кресло, созданное специально для нее.
— Держись крепче, — пророкотал Игнатий. — Взлетаем.
— Подожди! — Элис вдруг вспомнила. — А ремни безопасности? А инструктаж? А…
Но Игнатий уже оттолкнулся от террасы.
Элис закричала. Не от страха — от восторга. Мир провалился куда-то вниз, а они взмыли вверх, разрезая облака. Ветер свистел в ушах, холодный и упругий, но от драконьей спины исходило такое тепло, что Элис не чувствовала холода.
— КАК КРАСИВО! — заорала она, не сдерживаясь.
Игнатий издал довольный рык и сделал крутой вираж. Элис вцепилась в гребень мертвой хваткой, но не испугалась — только засмеялась от восторга.
— Смотри! — крикнул Тэд, подлетая сбоку. Он кувыркался в воздухе, выделывал пируэты и явно наслаждался жизнью. — Я так умею! А так? А так?