— А когда?
— Когда суп будет готов. Или когда Тэд ляжет спать. Или когда… не знаю. Но не сейчас. Я боюсь.
— Чего?
— Себя. — Она подняла на него глаза. — Я боюсь, что если вы скажете то, что я думаю, я не смогу сдержаться. И это все испортит. Тэда, работу, всё.
— А если не испортит?
— А если испортит?
Они смотрели друг на друга, и между ними искрило так, что, казалось, еще чуть-чуть — и воздух загорится.
— Суп, — напомнила Элис, отступая первой. — Суп сгорит.
— К черту суп, — прорычал Игнатий.
— Нет! — она выставила руки вперед. — Я потратила полжизни на пенсию, которую у меня отняли. Я не позволю испортить еще и ужин!
Игнатий смотрел на нее долгую секунду, потом вдруг улыбнулся — по-настоящему, тепло, почти по-человечески.
— Вы невероятная, — сказал он. — Ладно. Суп. Потом — разговор. Но не надейтесь, что я забуду.
— Я и не надеюсь, — буркнула Элис, возвращаясь к плите. — Драконы же ничего не забывают, да?
— Никогда.
Ужин удался. Борщ вышел на славу — наваристый, ароматный, совершенно не магический. Тэд, примчавшийся с саламандрой на руках (он назвал ее Искоркой), съел две тарелки и попросил добавки.
— Это вкуснее, чем жареный грифон! — заявил он с набитым ртом.
— Не говори с набитым ртом, — машинально поправила Элис. — И вытри рот салфеткой.
Тэд послушно вытерся. Искорка, сидевшая у него на коленях, вылизала ему ухо — видимо, в знак благодарности за спасение.
— Она меня любит! — радостно объявил Тэд.
— Она тебя, кажется, вылизывает как будущий обед, — заметила Элис, но без злости. В конце концов, саламандра и правда была симпатичной. В своем роде.
Игнатий ел молча, но то и дело поглядывал на Элис. В его взгляде читалось что-то новое — не просто интерес, не просто желание. Что-то более глубокое, более… нежное.
После ужина Тэд уснул прямо за столом, уронив голову на руки. Искорка свернулась клубочком у него на коленях и тоже спала, изредка посапывая дымком.
— Я отнесу его в кровать, — тихо сказал Игнатий. — Подождите меня здесь. Нам надо поговорить.
Элис кивнула, чувствуя, как сердце ухает в пятки.
Она ждала его у камина в гостиной. Смотрела на огонь и думала о том, как же быстро все изменилось. Месяц назад она мечтала о покое. А теперь… теперь ей нужен был только один человек. Вернее, дракон. Вернее, мужчина, который…
— Элис.
Он стоял в дверях. Подошел, встал рядом. Протянул руку и взял ее ладонь в свою.
— Я не умею красиво говорить, — начал он. — Я дракон. Мы умеем рычать, сражаться и завоевывать. Но с тобой… с тобой я не хочу завоевывать. Я хочу быть рядом. Просто быть.
— Игнатий…
— Дослушай. — Он сжал ее пальцы. — Ты появилась в моей жизни как ураган. Как шторм. Как самое прекрасное бедствие, которое только могло случиться с моим замком. Ты изменила Тэда. Ты изменила меня. Я не знаю, как это работает — эта человеческая любовь. Но я знаю, что каждый раз, когда ты входишь в комнату, мое сердце бьется чаще. И каждый раз, когда ты уходишь, мне хочется вернуть тебя обратно.