В следующий раз он с собой будет мешок с едой брать!
Два!
И три — с топливом! И теплый плащ, зимний…
Брррр… как же холодно на камнях. Как же ужасно холодно!
Если бы Миранду спросить о той ночи, она бы ее почти не запомнила. Тряслась на спине ишачка, видя только затылок Нормы. А животное мерно переступало копытцами, и явно видело побольше, чем сама Миранда. А может, и понимало больше.
Было холодно, так жутко холодно, что до костей протягивало, и дышать было сложно, горы же, а тут еще и кляп. И голова кружилась.
Еще и состояние было такое… чуточку странноватое — откуда ж Миранде было знать, что работорговцы дали им хоть и слабенькую, но все же настойку опиума, и она слегка спутала сознание. Под настойкой пленники среагируют позже, и у работорговцев будет время. А остальное…
Их это не волновало.
Им важно было просто доставить товар. Вот и все.
Кажется, в небе качалась большая золотистая луна. Кажется, дул ветер.
Больше Миранда ничего вспомнить так и не смогла. И наверное, это тоже было благом.
Арисса честно ждала деточку до полуночи.
Волноваться-то она начала с пять часов вечера, с половины шестого была уже на взводе, к восьми от нее искры летели. А к полуночи у нее и карты сложились.
Где может быть Симочка?
Так наверняка же, опять в борделе!
Почему?
А почему он в тот раз там оказался? Неважно!
Логика напрочь отказала встревоженной матери, Арисса решила, что выбора нет, и направилась сначала к соседке. Подняла бедолагу с кровати и умолила отправиться к себе в дом. Если вдруг Симочка придет… его же встретить надо, накормить, уложить, сам-то мальчик точно не справится. А Арисса сбегает в одно место…
Бордель был ярко освещен. Жизнь кипела за плотно задернутыми алыми бархатными шторами, Арисса видела, как движутся какие-то силуэты… где тут вход?
Вышибалу любящая мамочка в расчет не приняла, подумаешь, поставили тут. А вот он даже не удивился. Чему тут удивляться, в бордель регулярно наведываются вот такие… кто за мужем, кто за сыном. Понятно, дело житейское, но его-то затем и поставили, чтобы такие рены порядок не нарушали и приличным рентам отдыхать не мешали!
— Рена, вам куда?
— Туда, — указала Арисса.
— Простите. Нет.
— Что — нет⁈ — уперла руки в бока Арисса.
— Вот то и нет. Иди отсюда, — вышибала понял, что сейчас состоится скандал, и решил не церемониться. — Бабкам сюда нельзя, а решишь уборщицей устроиться, придешь завтра. С черного хода.
— Да ты… ах ты хам помоечный!!! — взвилась Арисса.
Голос у нее был пронзительный, сил и вдохновения хватало, так что в следующие десять минут вышибала узнал о себе много нового. И о своих родных тоже. Так бы и треснул, но далеко стоит, не дотянуться.
В борделе зато ее отлично слышали.
Могла ли Арисса перебить своим голосом музыку и прочий шум?
О, если бы ей было нужно, она бы и до столицы дооралась из Левенсберга. Не особо напрягаясь. А уж ради Симочки!