Забрали у нее вещи Симона, передали привет ренту Веберу, и отпустили восвояси. Что уж там… каждый из них, хотя бы раз, в бордель ходил. И по работе, и просто так… и нечего тут лезть, куда не просят! Есть равновесие?
Не нарушай!
Так что песочили Симона в три глотки. Описывали его незавидное будущее, печальное прошлое, коснулись тайны рождения…
Симон молчал и слушал. Скрипел зубами и стискивал кулаки. И кажется, клялся страшно отомстить всем продажным девкам мира.
Коллеги переглядывались, и продолжила обработку.
И только доведя Симона чуть не до слез, отступили.
— Ладно. В полиции ты пока останешься, — подвел итог рент Ноэль. — За одного битого двух небитых дают.
— Спасибо!!! Я отработаю! Отслужу!!!
— Куда ж ты денешься! Но в городе тебе пока лучше не показываться… сам понимаешь, смеяться будут.
Симон понурился.
— Ладно-ладно. Кто молодым не был, кто с девочками не гулял… сам понимаешь! Но в городе тебе сейчас будет грустно и печально.
Симон и это понимал.
— Потому поедешь объезжать народ в горах.
Симон откровенно пригорюнился.
Да, это тоже работа полиции. Объехать хотя бы раз в месяц людей, горы же не безлюдные, нет! Там живут! Там те же шахты — хотя бы раз в месяц заезжать надо. Шахтеры народ крепкий, и сами разбираются с проблемами, но мало ли что? Заехать обязательно надо.
Там есть поместья, которые тоже надо проверять. Есть селения горцев, есть старатели-одиночки… кто-то на карту нанесен, кто-то нет, кто-то и на месте не сидит, то есть примерно половина поездок проходит напрасно.
Приезжаешь — а старатель снялся с места и ушел. Или, наоборот, пришел…
Да всякое бывает.
В том месяце Симон ездил, на служебном рамбиле, с рентом Тимусом… ладно, поездит сам.
— На велосипеде, — приговорил Миттермайер.
— КАК⁈ — праведно взвыл несчастный.
— Молча. По горам. С ночевкой, если в один день не уложишься, ничего страшного. Ничего с тобой не случится, не разломишься.
Симон смотрел умоляющими глазами, но полицейские были неумолимы.
— Можем отправить улицы патрулировать.
На улицы Симону сейчас не хотелось вдвойне. Лучше в горы.
Действительно, что такого страшного? Даже если погулял он в борделе… ну а с кем не случалось? Дело житейское!
Просто надо чуточку переждать, пока первый шум не уляжется. Посмеются, да и забудут!
А вот он не забудет!
Он еще с этой гадиной… что с ним сделали-то?
Рент Ноэль, который пристально наблюдал за Симоном, покачал головой.