Крутая волна: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

И вот он создал на острове ячейку большевиков. Лунин восхищенно следил за Иваном Жгутовым, распоряжавшимся отправкой рыбы и приемом хлеба.

Как только первые лодки с хлебом были выгружены в кооперативную лавку, сразу же началась выдача муки за сданную рыбаками рыбу. С островов Верхнего и Талавенца также приехали за мукой. На Талабских улицах было в тот день многолюдно, оживленно, весело, как в праздник.

Яков Сапожков с трудом вытащил из лавки три мешка муки и поставил их под навесом у амбара. Его сын Григорий работал на погрузке рыбы на станции; старику помочь было некому. Выпачканный в муке, потный, запыхавшийся Яков, довольный, оглядывался кругом, соображая, как бы перетащить мешки домой. В это время к амбару подходил с женой Лука Евсин, катя перед собой тачку. Дочери Евсина тоже были на погрузке.

— Лука Антонович! — взволнованно крикнул Яков. — Одолжи тачечку!.. Пока получаешь, мигом домой слетаю!

— Получил? — завидя мешки Якова, спросил Лука.

— Без всякого обмана! Как в аптеке, так и тут, — сорок фунтов, так и пуд.

— Ну, ну! Давай, грузи! — подкатил Лука к мешкам тачку. — Мы с маткой сюда же повытаскаем. Ты поживей!

— Одна нога здесь!.. Помоги, пожалуйста! — ухватился за мешок Яков.

Лука подхватил, жена его придержала тачку, и мешки погрузили. Яков взялся за ручки тачки, но не мог сдвинуть с места.

— Что? — захохотал Лука. — А помнишь ломтик хлебца Игнатия Федоровича? Должно, полегче был?

— Легче, — пыхтя ответил Яков. — Что же делать-то?.. Гришка на озере…

— А то, что мне придется тебе помогать… Вот что делать, — сказал Лука и привязал к передку тачки веревку. — Тяни за веревку, а я возьмусь за рогаля!

Яков передал рогаля тачки Луке, сам взялся за веревку. Они стронули с места тачку и покатили к дому Сапожкова.

— Веселей! — покрикивал Лука, объезжая попавшийся на дороге камень. — У Игнатия ходил и у меня походи… Тяни, потягивай, и то и подхлестну!

— Своя ноша не тянет! — запыхавшись, отвечал Яков и, тяжко сгибаясь, подкатил тачку к крыльцу своего дома.

Они внесли мешки в чулан, и Яков высыпал муку в ларь. С довольством обеспеченного человека, он, как завороженный, брал в совок пшеничную муку и, подняв, с удовольствием втягивал носом ароматный запах.

— Никогда у меня в ларе столько не было пшеничной муки… Сам знаешь… Бывало к празднику у Ширина десять фунтов возьмешь, осьмушку чаю, фунт сахару… Вот и все… А теперь… Батюшки? Ну, и Александр Васильевич, как для бедного человека старается… Гляди-ко, съездил в Питер, потом в Пермскую. Довез ведь до нас… А?.. Что за люди, что за люди!

— Орлы! — сверкнул глазами Лука. — Таких людей не бывало у нас.

— Да, — подхватил Яков. — Доверь-ка два вагона муки Утенову, да он бы в дороге распродал, нажился, и поминай, как звали его… А тут Лунин как в стареньком пальтишке уехал, так в нем и приехал. Да на любой станции за мешок муки лисью шубу мог бы обхватить. Вот, Лука, люди! Откуда взялись!

— Из народа для народа трудятся. Вот что, — отважно сказал Лука.

— То верно… За такими пойдем! Пойдем, ведь?..

— Да уж идем… Что ты? Артелью ловим. Мы, народ… за нашу власть горы свернем… Эх, ты!..

— Я-то стар… А Гришку куда угодно отпущу… Накажу — воюй, и пойдет! Благословляю, вот как, — сунул совок в муку Яков. — Вот как мы! — повторил он. — А я-то у Игнатия Федоровича век ловил, на его кусочки хлеба смотрел, чтобы накормил… Пес, он всю жизнь меня надувал, за копейки трудился… И все был в долгу… Никак из долгов не мог выкарабкаться… Что за история? У Шигина, бывало возьмешь на книжку… Месяц не отдай — из десяти рублей живо двадцать вырастет… Проценты, говорит… Как-то с полгода хворал, на озеро не ездил… Сто рублей написал, а и всего-то рублей на сорок взято было… Пойдем, тебе помогу… Какой праздник! — выходя из дому, не умолкая, говорил Яков. — Теперь ловить, ловить рыбу для питерских рабочих. Гляди-ко, уделили нам хлеб, хоть и сами маются… Уделили… Без обмана, на совесть… Теперь ведь я Жгутову верный работник. Понимаешь?

— Давно бы так! — ответил Лука, берясь за тачку. Постоял на месте и, смотря на худое сморщенное лицо Якова, добавил: — Завтра вдвое против прошлых раз наловить надо.

— Что-то теперь запоют кулачки наши? Больно уж отговаривали на озеро ехать. А? — посмеиваясь, спросил Яков.

— Притихнут на время… Жди другого подвоха, — ответил Лука.

— Думаешь?

— А как же… Не любо им, ой, как не любо!

— Еще бы, — подтвердил Яков. — На нашей улице праздник! А, бывало, они всю жизнь праздновали.

— Вот то-то! Держи ухо востро. Утенов еще силен.