– Ты так всех воспитанников уделаешь ещё до выпуска, – пошутил Атли после очередной тренировки.
– Значит, хреновые были воспитанники, – заметил Кирши и передал Василисе флягу с водой. – Куда им против нежити, если одну ведьму-недоучку не могут одолеть.
– Это не отменяет того, что вы всё ещё не научились работать в паре, – укоризненно напомнил Атли.
– Может быть, нам с Кирши попробовать больше времени проводить вместе? Узнать друг друга получше? – предложила Василиса.
– Нет, спасибо, – усмехнулся Кирши и отправился прочь с площадки.
А чародейка с досадой поджала губы. Он всегда приходил к самому началу тренировки и исчезал сразу после, не давая Василисе и шанса на сближение. Ну, и как им стать идеальной командой, если Кирши явно этого не хочет?
– Дай ему время, – дружелюбно улыбнулся Атли. – Кирши ещё никогда не работал в паре.
Василиса не хотела никому давать времени, она хотела поскорее покинуть тренировочное поле и приступить к настоящей работе.
В свободное время Василиса гуляла, выезжала на Былинке в ближайшее поле и Даргородский лес, чтобы проветриться, или наблюдала за тренировками других Воронов и воспитанников. Занятия Соколов проходили за закрытыми дверями, и посторонние на них не допускались.
Воронов в гарнизоне было немного – пара десятков тех, кто отдыхал между бесконечными заданиями по истреблению нечисти. Они собирались на площадке небольшими стайками и сражались друг с другом под гиканье и улюлюканье любопытствующих воспитанников. Василиса с завистью наблюдала за тем, как свободно работали в паре чародеи. Никто их не одёргивал, не заставлял держаться подальше от врагов. Они явно делали то, что хотели, и наслаждались этим.
Воспитанники тренировались большими группами под присмотром Воронов-наставников. Чародеи отдельно, воины отдельно. Чародеи отрабатывали стихийные чары, воины – фехтование и рукопашный бой. Скоро они разобьются на пары, а после выпуска рассыпятся по всей стране в поисках нечисти, тревожащей покой людей. Через года лучшие из них заслужат славу, станут Соколами и будут охранять покой Совета и самого царя, подавлять восстания чернокнижников и распутывать страшные и сложные магические преступления. Может, когда-нибудь и Василиса войдёт в их ряды, если, конечно, Атли позволит ей делать на поле хоть что-то стоящее.
– Да куда ты несёшься? – Кирши резко развернулся и с размаху ударил ножнами чародейку по ногам.
Василиса, бежавшая в атаку на воспитанника и не ожидавшая такой подлости, вскрикнула и рухнула, копнув носом землю. Подбородок и щёку обожгло болью.
– Сдурел?! – закричала чародейка, вскакивая на ноги.
Кирши ткнул Василису пальцем в лоб. Несильно и оттого ещё более обидно.
– Усмири наконец своё раздутое эго и научись держать себя в руках.
– А может, хватит сбрасывать меня со счетов? – Василиса толкнула Кирши в грудь и повернулась к Атли. – Я видела, как тренируются другие Вороны. Никто не заставляет чародеев скучать в тылу.
– Василиса, ты наблюдала за опытными бойцами. Я же предлагаю тебе для начала освоить основные схемы для…
– Для кого? – перебила Василиса. – Чародеек-недоучек? Сельских ведьм? Я способна на большее, чем дешёвые фокусы с воздушными щитами и ослепляющими вспышками.
Кирши закатил глаза.
– Пока что ты даже моих приказов слушаться не способна.
– Так, может, потому что приказы дурацкие?
– Прекратите оба, – строго сказал Атли. – На сегодня хватит.
Василиса стояла, стиснув кулаки, наблюдала за тем, как Кирши быстрым шагом покидает поле, и сгорала от злости. Атли положил руку ей на плечо. Тёплая ладонь подействовала успокаивающе. Злость выцвела, потухла и почти исчезла, оставив вместо себя упрямое раздражение.
– Я понимаю твои чувства и очень хочу, чтобы ты поняла, для чего всё это.
– Для того чтобы держать меня подальше от реального боя, – буркнула Василиса.
– Я переживаю за твою жизнь, это правда, – кивнул Атли. – Возможно, больше, чем мне следовало бы.
Василиса взглянула на Атли и тут же залилась краской, встретившись с его тёплым взглядом.
– Но это не единственная причина, – продолжил он. – Вы с Кирши в ответе за жизни друг друга. Вы зависите друг от друга. Ты вырвешься вперёд и оставишь спину Кирши без защиты. Возможно, ты победишь, а он успеет сориентироваться и перестроиться. Но что, если нет? Сможешь ли ты простить себя, если враг ударит Кирши в спину? Стоит ли момент личного триумфа жизни твоего напарника?
– Этого не случится.