Лад поклонился и убежал, а Атли рассмеялся.
– Хороший мальчишка, – сказал он Василисе. – Мечтает стать поваром и открыть свой трактир.
– А что с его мамой? – спросила Василиса.
– Хладная хворь. Три дня пролежала в лихорадке. Лад был сам не свой. Я не смог остаться в стороне.
Атли говорил это просто, словно не женщину спас от смертельной болезни, а снял с дерева котёнка.
– А госпиталь? – спросила Василиса. – Журавли ведь помогают там бесплатно.
– Журавлей меньше, чем ты думаешь, а больных – больше. Да и приоритет Журавлей – раненые Вороны и Соколы. Конечно, положение сейчас не так плохо, как в первые годы после войны. Полчища нечисти поредели. Возможно, её количество даже сравнимо с тем, что было до Отворения Нави. Но их всё ещё достаточно, чтобы у Журавлей хватало работы. И у Гвардии в целом.
Лад вернулся с подносом. Чёрный чай с молоком, мёд и бублики с маком. Ароматы смешивались, оставаясь теплом в сердце. Василиса на мгновение почувствовала себя дома. Беремир всегда пил чай с молоком.
– Ты выглядишь удивительно спокойной. – Голос Атли выдернул чародейку в реальность.
– Если честно, я не знаю, как мне себя чувствовать, – Василиса неловко засмеялась. – Вся эта история сбивает с толку. Беремир всегда вёл себя так, будто всё происходит как должно. Я искренне считала, что все чародеи умеют управлять всеми стихиями. И что это я неправильная, раз никак не могу овладеть чарами земли. А тут выясняется, что я правда неправильная. Но совсем не в том смысле. Да ещё и могу… Что могу? Взорваться? А леший знает. Аргорад, как мне показалось, тоже не очень представляет себе, чем это всё грозит. Кто-то вообще представляет? Что-то мне подсказывает, что нет.
Василиса тараторила, ковыряясь ложкой в каше. Атли коснулся ее предплечья и заглянул в глаза.
– Я понимаю. Знаю, каково это, – чувствовать себя потерянным. Но я обещаю, мы во всём разберёмся. Ты теперь одна из нас, а мы своих не бросаем.
Тепло разлилось в груди чародейки и согрело испуганное сердце. Впервые с момента отъезда из Лютоборов Василиса почувствовала, что не одна.
5
По следам ушедших
Тренировки начались незамедлительно. Атли контролировал их лично. Каждый вечер они с Кирши приходили на площадку отрабатывать техники и схемы боя на воспитанниках-добровольцах. Важно было научиться работать в паре, стать единым живым организмом и понимать друг друга без слов. По крайней мере, так говорил Атли, когда Василиса, забыв обо всём на свете, вырывалась вперёд, чтобы оглушить воспитанника, игравшего роль врага.
– Но он открылся для атаки! – возмущалась Василиса. – Пока Кирши его обходил, я успела ударить. Все в выигрыше.
Воспитанник, поваленный на землю оглушающим заклинанием, тихонько постанывал.
– Но мы так не договаривались, – вздыхал Атли. – Суть этой тактики в том, чтобы ты отвлекала врага, пока Кирши заходит с тыла и уничтожает его.
– Но так же гораздо проще и лучше! – Василиса стояла на своём. – Пока Кирши крадётся к нему со своей зубочисткой, я быстрее сделаю всё сама.
– Это если твой враг – туповатый мальчишка, который даже увернуться от заклинания нормально не может, – заметил Кирши, помогая пареньку подняться на ноги. – В реальном бою всё не так однозначно.
– Мы учим схемы ведения боя, а не набираем очки в личном зачёте, – Атли похлопал Василису по плечу. – Давай ещё разок. На этот раз по схеме.
Василиса фыркнула. Схемы казались ей бесполезными и совершенно неприменимыми в бою. И главное, почти каждая из них предлагала держать Василису подальше от реального сражения. Что это за боевой чародей такой – сплошные фокусы для отвлечения внимания! Беремир не этому её учил.
Но не только глупые схемы заставляли Василису бросаться на врага, игнорируя приказы капитана. «Кирши проще без меня», – думала чародейка.
Иногда в тренировки включался Атли, на личном примере показывая Василисе, что такое работа в команде. Василиса стояла в стороне и злилась, наблюдая за тем, как слаженно работают они с Кирши. Ни слов, ни команд, ни даже взглядов. Они двигались синхронно и чётко. Кирши бился катаной в ножнах, Атли – врукопашную.
Атли рвался вперёд, Кирши следовал тенью, прикрывал слепые зоны, сметая воспитанников-врагов, на которых у Атли не оставалось времени. Так быстро, что Василиса едва успевала следить за их перемещениями.
С мечами и заклинаниями воспитанники бросались в бой смело, но безуспешно – и неизменно оказывались на земле. А Кирши и Атли замирали спиной друг к другу, сосредоточенные и даже не запыхавшиеся.
Иногда бой разыгрывался по другому сценарию. Атли давал короткую команду, и вперёд мчался уже Кирши. Он закрывал напарника от огненных шаров, отбивал запущенные чарами земли камни и принимал на себя основной удар, пока Атли подбирался к врагу вплотную, чтобы сокрушить его.
Идеальная боевая пара. Если бы один из них обладал даром магии, то – Василиса не сомневалась – им не было бы равных. И это злило Василису ещё больше.
– Я докажу, что не зря сюда пришла, – рычала она и переходила в наступление. И снова и снова получала нагоняй от Атли за своеволие.
Проходили дни, недели, но ничего не менялось. Разве что воспитанники стали настолько бояться Василисы и её заклинаний, что выгонять их на площадку Атли приходилось под страхом наказаний. И некоторые, нужно сказать, выбирали наказания.